Одри, герцогиня Йорк

Уже бегло читают и мечтают о несбыточном, — на последней фразе он покачал было седой головой, но, посмотрев на меня, вдруг передумал и улыбнулся. — Вас явно что-то беспокоит, дитя моё. Если хотите, я готов вас выслушать, негоже одному нести ношу, лучше разделить тяготы.

Я благодарно ему кивнула и сказала:

— Существует древняя легенда, вы наверняка о ней знаете и даже получше многих, о злом маге, восхотевшим привести в наш мир страшного демона из иной реальности. Гедо Сурейх продал душу дьяволу, пролил реки крови и почти добился желаемого. Но его успели остановить и наказать. Её Величество Аманида долгие годы преследовала только одну цель — освободить Суреха из его темницы. Скажите, вы, случайно, не знаете, какие условия королева должна выполнить, чтобы осуществить задуманное? Обычно раббаторам доступны куда большие возможности, в том числе и информационные.

Раббат Нолан спал с лица: глаза его потускнели, губы побледнели.

— Я подозревал, что с Её Величеством что-то не так, уж больно у неё чёрная душа, но не думал, что настолько… Чтобы разбить артефакт и выпустить Сурейха на волю, нужно принести в жертву тринадцать сердец. Есть нюансы, я вам о них расскажу, — раббат будто постарел на добрый десяток лет. — Дюжина сердец должна быть чистой; жизни жертв наполнены праведным светом. Не каждый маг-созидатель, неважно, истинный или нет, подходит под это условие. И одно сердце — родное для исполнителя, его заберёт уже вышедший из зеркала Гедо и завершит своё воплощение. Вселившись в тело…

— В нашем случае, Карла Третьего, — мой голос дрогнул. Аманида идиотка. — Королева знает о том, что её сын — это сосуд для Сурейха?

— Думаю, нет. Или он её как-то обманул, коварное существо способно затуманить разум… Я ушёл из Ромейской святости потому, что испугался. Её Величество смотрела на меня, как… — мужчина задумался, подбирая правильное слово, — на главное блюдо. Я и помыслить не мог, что она прислужница Сурейха. Пытался отогнать странные чувства, которые неизменно возникали, стоило мне оказаться рядом с королевой. Но безотчётный страх преследовал меня и днём, и ночью, не давая покоя.

— Вы её следующая жертва, предполагаю, последняя, — мне было тревожно, — берегите себя. Я приставлю к вам телохранителя, выдайте ему форму служки, пусть помогает в Святости, поливает цветы в саду, выполняет иные мелкие поручения, но непременно неподалёку от вас.

— Я вас понял, леди Одри, спасибо. Но всё же сомневаюсь, что королева отправится в такую даль, как Друидор.

— Если вы уверены, что найти чистые души сложно, а она уже о вас знает… — я многозначительно на него посмотрела, не закончив фразу.

— Да, не поспоришь, — вздохнул святой отец и, осенив меня священным знаком, добавил: — На всё воля Всевышнего.