Одри, герцогиня Йорк

— Доложите Его Величеству, что я готов сделать доклад, — бросил на ходу хмурый мужчина, снимая кожаные перчатки. — Думаю, кабинет прекрасно подойдёт для совещания, — добавил он и широкими шагами направился к лестнице, ведущей на второй этаж.

Герцог был в недоумении, а когда он чего-то не понимал, сильно раздражался.

Его «напарник», граф Фердинанд, напротив, сиял довольством: всё увиденное ему чрезвычайно понравилось.

— Её светлость Одри спасла мои земли от чёрного мора, я давно должен был съездить к ней и поблагодарить, но вызов в столицу порушил все планы, затем дорога назад — всё это, как вы сами понимаете, занимает далеко не одну неделю, и даже не один месяц. Но я, так или иначе, собирался к Йоркам и попросить аудиенции у Её светлости. Теперь, будучи в составе свиты Его Величества, придётся занять очередь жаждущих побеседовать с этой весьма интересной юной леди.

Фердинанд, граф Нормунд, обладал лёгким нравом и неприличной болтливостью. Герцогу Эмерету такое поведение спутника к концу путешествия набило оскомину, и он едва сдерживался, чтобы не сорваться на грубость и заткнуть собеседника. Но вот он в своём замке и на некоторое время сможет выдохнуть свободнее, если так можно выразиться. Потому что родной дом вдруг стал проходным двором: чуть более недели назад к нему приехал Его Величество со своим страшным советником и, пусть и немногочисленной, но свитой, состоящей из придворных лордов-сплетников и их спутниц, напомаженных куриц в пышных платьях.

Король практически сразу же, как заявился на порог Данидина, отправил Эмерета и графа Нормуда выяснить, что происходит в Йорке. Ведь донесения предыдущих разведчиков показались Карлу Второму просто фантастическими. Эмерет не посмел отказать сюзерену в услуге и сам наведался в Друидор.

Несмотря на то что Данидин был большим торговым центром всех окружающих земель, Эмерет вёл затворническую жизнь и предпочитал проводить время над бухгалтерскими книгами и лично руководить всеми финансовыми делами герцогства. Он любил деньги, считать их и пересчитывать. А ещё придерживался правила: самый лучший путь преумножить своё богатство — это пустить золото в дело, чтобы монеты не лежали мёртвым грузом в сокровищнице.

Быстро приведя себя в порядок после долгой дороги, где он впервые в жизни выступил шпионом, спустился на второй этаж и, коротко постучав, вошёл в свой кабинет, где во главе его рабочего стола уже сидел Карл Третий, а в кресле у камина расположился герцог Кемпбелл."

"Граф Фердинанд, явившийся чуть раньше Эмерета, стоял посреди помещения, низко склонив голову. Лоуэлл встал рядом с ним и тоже поклонился.

— Замечательно, господа, прошу, присаживайтесь, — щедро предложил король, и оба лорда, ещё раз поклонившись, сели на стулья.