Это не сон

"

"А потом, как раз в тот момент, когда Эмма наклонила голову набок и нахмурилась, явно ожидая моей реакции, раздались звуки «Полета валькирий»[59], в его худшей версии, доносившиеся из ее сумки.

– Черт, телефон… Удивительно, что здесь есть покрытие.

Эмма осторожно сняла рюкзак с левого плеча, расстегнула молнию на внешнем кармане и попыталась заслонить телефон и свое ухо от ветра.

– Простите? – Ее лицо кривилось, пока она пыталась разобрать слова звонившего. – Вы шутите… Тео? – Потом последовала пауза, во время которой Эмма внимательно слушала. – Да. Конечно, я могу прямо… Естественно, я все понимаю. Правила… Да. Да. Как скажете. Конечно… Нет, я не дома, так что я подъеду… – Эмма посмотрела на часы. – Мне жаль, но до вас я смогу добраться не раньше чем через полчаса… Подойдет?

Она захлопнула футляр телефона.

– Прости, Софи, но нам надо срочно возвращаться. Тео…

– Боже, с ним всё в порядке? Он не пострадал?

– Нет. Не он. Он укусил кого-то в своей группе. Там сейчас царит настоящий хаос.

– Ты шутишь.

– Если бы… Хуже всего, что укусил до крови. Вызвали мамашу пострадавшего, и сейчас она заварила всю эту кашу. Как я поняла, по их внутренним правилам укусивший отправляется домой.

Я инстинктивно прижалась к скале, чтобы Эмма могла пройти мимо меня.

– Это совсем не похоже на твоего Тео. – Я не знала, что еще сказать: мальчик был таким милым…

– Знаю. И тоже ничего не понимаю. Он никогда никого не кусал, Софи. Никогда. Я просто не представляю себе, что там могло случиться.

Глава 20

В недалеком прошлом

Марк не был голоден, но был уверен, что Малкольм захочет есть.

Тот всегда хотел есть. Его друг относился к той породе людей, которой был привит ген худобы (и которая так выводит всех из себя). Малк называл это «хорошим метаболизмом», но у Софи имелась теория, что он сидит на кокаине, как и большинство представителей креативного сообщества, с которыми они тусовались, живя в городе.

Марк стал изучать меню. Господи… Иногда он жалел, что не употребляет наркотики. Нет, не то. Перед глазами у него появился Бен с запутавшимся хвостом воздушного змея. Таким он был в прошлый уикенд на пляже. Нет. Ни за что.

Так. Стейк и салат. Он откажется от предложения Малкольма заказать жареную картошку, а вечером выйдет на пробежку. Марк провел рукой по груди, словно хотел разгладить рубашку, но на самом же деле незаметно ощупал свой живот. Было время, когда он мог безбоязненно есть всё, что захочет, – но оно давно миновало.

«Боже, Марк, да у тебя животик растет», – дразнила его в прошлом году в Корнуолле Софи. Он притворился, что ему это нравится, но внутренне ужаснулся, поскольку позже зеркало в ванной подтвердило, что жена абсолютно права; одного гольфа было уже недостаточно.