Это лишь игра (СИ)

Его взгляд волнует кровь и обжигает кожу. И в какой-то момент я перестаю следить за тем, что происходит на сцене. И мне начинает казаться, что мы с ним здесь одни. И вообще в целом мире одни...

Концерт длится часа три, а потом, когда все уже расходятся, мы встречаем в фойе отца Германа. Он, оказывается, тоже пришел, только опоздал.

Но почему-то Герман не рад его приходу. Мне даже кажется, что он сразу как-то напрягается. Особенно когда его папа протягивает руку, чтобы познакомиться со мной.

– Александр Германович, отец вот этого красавца, – улыбается он, быстро и цепко оглядывая меня с ног до головы. Затем говорит: – Наслышан. Лена?

– Да, здравствуйте, – киваю я и тоже ему улыбаюсь, хотя робею. Кто я для него? Та самая девочка, ради которой его сын отказывается учиться за границей. Представляю, какое у него ко мне отношение. Впрочем, виду он не показывает. Хотя… от него из без всякого вида веет опасностью и силой."

"– Какие планы на будущее? – спрашивает он.

Я теряюсь, но потом говорю о том, о чем мечтала раньше, до того, как узнала про аневризму.

– Я очень хочу стать учителем начальных классов, я люблю детей… Поэтому хочу поступать в пединститут.

Мои слова на него никакого впечатления не производят. Он из вежливости кивает со скучающим видом. Потом уже отзывает Германа в сторону и обращается к нему, но мне слышно.

– Хорошенькая, вкус у тебя есть, – хмыкает он.

– Прекрати. Я вообще не ждал, что ты придешь.

– Ну как я мог пропустить такое событие? Поздравляю, кстати. Вечером будь дома. Отметим.

– Я приглашу Лену.

– Нет, – отрезает он. – Никаких Лен. И вообще будут только свои. Наш круг.

И удаляется. Я замечаю, как тут же отделяются от толпы и следуют за ним двое крупных мужчин в костюмах – наверное, телохранители.

После торжества наши всей толпой идут на набережную. Мы с Германом тоже идем с классом, но потом потихоньку отстаем. И гуляем уже вдвоем.

– Давай куда-нибудь смотаемся до завтрашнего утра? – неожиданно предлагает он. – Можем опять в Листвянку съездить или еще куда-нибудь…

Он сейчас злится на отца. Вот и хочет поступить наперекор ему. А я не хочу, чтобы они ссорились, тем более из-за меня.

– Нет, – качаю головой. Я молчу про подслушанный разговор. Понимаю, что иначе ему будет неловко. Поэтому сочиняю на ходу: – Я пообещала вечером бабушке ей помочь там… сделать кое-что. Давай лучше завтра до самого вечера будем гулять?

– Как скажешь, – улыбается он, но как-то безрадостно. – У меня завтра тренировка. Я потом заеду за тобой. Часов в пять примерно.

***

На следующий день бабушку тоже вытягивают на прогулку ее подруги. Даже не на прогулку, а на танцы! На бульваре Гагарина организовали танцпол под открытым небом.