Эротические страницы из жизни Фролова

Я сам не знаю, как это со мной происходит…

- Ничего. Я знаю. Подойди ко мне.

Витька не понял. Мол, в каком смысле?

- Иди, иди сюда. Чего ты боишься?

Он все равно ничего не понял. И вид у него вдруг стал такой жалкий, будто она над ним прилюдно издевается. Неуверенно взглянул на Виктора - может, тот что-нибудь скажет. Но Виктор молчал. Ему самому интересно было, что сделает жена. Ей-Богу, он не догадывался наверняка. Только неуверенно предполагал. Как минимум три варианта.

И вдруг ему снова захотелось его защитить. Теперь уже от собственной жены. Потому что третий из возможных вариантов он не мог допустить. Ведь Витька же - не обыкновенный человек. Не просто так - человек, и все. Он - Конструктор поверхностей! Выше всех здесь присутствующих. Нельзя с ним так!

>Что ты хочешь от него?! - чуть не закричал он.

>Чего ты кричишь? Поцеловать хочу. Нельзя?

>Поцеловать? - сразу успокоился он. - Можно. Наверное, даже нужно. Может, мне выйти?

>Как хочешь. Может быть. Сама я, наверное, лучше с ними справлюсь.

>Только не обидь его. Понимаешь…

>Понимаю. Ты мне уже объяснял. Ненадолго только. Потом придешь, хорошо?

- Знаете, как придумала по этому поводу наша дочь, Светлана? - внезапно обратился Виктор к гостям. - Влюбленность - это стремление к касанию поверхностей.

Они оба выпятили на него глаза. И жена тоже.

- Красиво, правда? И очень точно. Как ты считаешь? - повернулся он теперь непосредственно к Витьке.

Но тот, по-видимому, не знал, как он считает.

- Вот и покасайтесь немножко, - разрешил он ему. - Только и всего. И ничего страшного и трагического ни с кем не произойдет. Совсем наоборот. Уверен, что вы помиритесь. А мне нужно выйти. Надеюсь - вы извините меня."

"И вышел, провожаемый испуганно-удивленным Катькиным взглядом. И притворил за собою дверь.

Вот и хорошо. Пусть сама с ними справляется. Ему сейчас не до них. Он ее сейчас хочет. Только ее. Свою жену. И никого больше. Он должен увидеть… Так, как увидел в своей дочери… и так, как увидел потом во Флоре… Должен… должен… он этого всю свою жизнь ждал… и готов еще подождать… Только бы скорее она их помирила и отправила.

Наверное, все это происходит по каким-то, заранее придуманным где-то наверху, стандартам, - обреченно ухмыльнувшись, подумал Виктор, доставая из холодильника двухлитровку пива. - Завацкие помирили Славку с Юлькой, и те вошли в их семью. Эти вот тоже… скорее всего войдут… в нашу. Если уже не вошли.

А он и не возражает. Это же Витька. От его ""заковылинок"" у него душа вверх подымается. И снова тянет окунуться в те незабываемые мыслительные поиски совершенного вечного прибоя… Лишь бы того на голубизну не потянуло. Мужчина должен быть непременно мужчиной. А Ирину ему для него и в самом деле не жалко.