Эрагон. Книги 1-4

Но здесь, в Дору Арибе, этим домам, безусловно, была свойственна особая прочность и некое благородное достоинство, чего не хватало, пожалуй, тем домам-дере­вьям, которые Эрагон видел в Эллесмере. Впрочем, неко­торые здешние дома показались ему похожими на дома жи­телей долины Паланкар, и он вспомнил, что самые первые из Всадников-людей как раз и были родом из его родных мест. В общем, архитектура этого города имела свой уни­кальный, неповторимый стиль — не совсем эльфийский, но и не совсем человеческий.

К сожалению, почти все здания были сильно разруше­ны, а некоторые почти стерты с лица земли. Эти разруше­ния, похоже, расходились радиусами от некоего центра на южной окраине города — глубокой, более чем на тридцать футов уходящей в землю воронки. Несколько березок уже успели пустить там корни и шелестели листвой под легки­ми порывами ветерка.

Все площади и прочие открытые городские простран­ства заросли сорными травами и кустарником, а вдоль улиц, где некогда были тротуары, вымощенные плиткой, тянулись полоски зеленой травы. Там, где стены зданий сумели защитить чудесные сады Всадников от страшно­го взрыва, уничтожившего весь город, еще виднелись на заросших клумбах бледные неяркие цветы, несомненно созданные некогда с помощью давным-давно забытых заклинаний.

А вот круговая аллея являла собой весьма печальное зрелище — ее едва можно было различить среди развалин, сорных трав и кустарника.

«Вот они, руины нашей гордости и славы! — воскликнул Глаэдр. Затем, помолчав, велел Эрагону: — А теперь произ­неси следующее заклинание, повторяй за мной…»

И Глаэдр произнес несколько фраз на древнем языке. Это было очень странное заклинание, и слова в нем пока­зались Эрагону непонятными и какими-то путаными; он даже толком не понял, что именно должен совершить, про­износя его.

Когда же он спросил об этом Глаэдра, старый дракон сказал:

«Здесь повсюду невидимый яд. И в том воздухе, кото­рым вы дышите, и в земле, но которой вы ступаете, и в пище, которую вы случайно можете съесть, и в воде, кото­рую можете выпить. Это заклинание защитит нас от яда».

«Что? Какой еще яд?» — переспросила Сапфира, ибо ее мысли работали так же медленно, как ее усталые крылья.

И Эрагон, благодаря мысленной связи с Глаэдром, сно­ва увидел перед собой ту страшную воронку и услышал го­лос старого дракона:

«Во время битвы с Проклятыми один из наших, некий эльф по имени Тхувиель, убил себя с помощью магии. То ли это произошло случайно, то ли осознанно, так никто тол­ком и не понял, но результат вы можете видеть сами. Хотя, конечно, не весь результат, ибо вызванный заклятиями Тхувиеля взрыв сделал всю эту местность непригодной для жизни. Те, кто здесь оставались, вскоре покрылись язвами, у них стали выпадать волосы, и многие вскоре умерли».