Эрагон. Книги 1-4

Сама Насуада никогда не соби­ралась выходить на поединок с Гальбаториксом. Сражать­ся с ним и его слугами в любом случае пришлось бы в ос­новном вам, — он указал на Эрагона и Сапфиру, — и эльфам. Вместе с Насуадой мы проделали огромный путь, и хотя нам будет страшно ее не хватать, чтобы этот путь продол­жить, она лично нам не так уж и нужна, ибо намеченный ею путь не предполагает никаких особых отклонений. Даже если бы сейчас она здесь присутствовала, то, скорее всего, сказала бы то же самое: надо идти на Урубаен! И точ­ка. И конец разговорам!

Самым незаинтересованным из всех казался кот-оборотень Гримрр. В течение всего этого спора он помал­кивал, забавляясь своим маленьким кинжалом с черным лезвием. А вот Арья сразу же поддержала Орика.

— Я с тобой полностью согласна, — сказала она. — Ино­го выбора у нас действительно нет.

Над Ориком возникла массивная голова Нара Гарцвога; кулл согласно кивал, отбрасывая на стены уродливые тени.

— Этот гном хорошо говорит, — проворчал Гарцвог. — Ургалы останутся с варденами до тех пор, пока возглав­лять их будет Огненный Меч. Если в атаку нас поведет он и его дракон Огненный Язык, мы наконец вернем тот кро­вавый долг, который не желает нам возвращать этот без­рогий Гальбаторикс!

После этих слов кулла Эрагон почувствовал себя со­всем не в своей тарелке, а тут снова заговорил Оррин:

— Все это очень хорошо и правильно, но я все же хотел бы для начала услышать, как вы предполагаете победить Муртага? Или же их с Гальбаториксом вместе, если нам удастся добраться до Урубаена?

— У нас есть Даутхдаэрт, — вмешался Эрагон, зная, что эльфийка Йаела уже отыскала волшебное копье, — и с его помощью мы можем…

Король Оррин только отмахнулся."

"— Да, да, Даутхдаэрт. Однако же он не помог тебе оста­новить Торна, и я просто представить себе не могу, что Гальбаторикс позволит тебе хотя бы приблизиться с этим копьем к нему и Шрюкну. Впрочем, дело даже не в этом. Ты, Эрагон, пока что совершенно не годишься в соперни­ки этому предателю с черным сердцем. Черт побери, да ты не годишься в соперники даже своему родному брату, а ведь он стал Всадником гораздо позже тебя!

«Муртаг — мой сводный брат», — хотелось сказать Эрагону, но он сдержался, не находя аргументов, чтобы воз­разить Оррину, все заявления которого казались ему впол­не осмысленными и весомыми. Мало того, они заставляли его испытывать стыд.

А Оррин между тем продолжал:

— Мы вступили в эту войну, понимая, что вы, варде­ны, найдете способ противостоять неестественной мощи Гальбаторикса. Так нам обещала Насуада, так она заверя­ла нас.