Эрагон. Книги 1-4

— Но это означает, что мне нужно подобрать нового капитана для вашего отряда, под командой которого ты, Роран, и будешь продолжать свою службу.

— Но госпожа, — возразил Роран, — как же насчет твоего обещания назначить командиром меня? Разве я не доказал участием в этих двух рейдах, что вполне способен командовать людьми? Не говоря уж о прошлых моих заслугах перед варденами. И ведь ты, кажется, была вполне мною довольна, не так ли?

— Если ты и впредь будешь выказывать такую же доблесть, Молотобоец, то очень скоро тоже станешь капитаном. Однако тебе следует проявить терпение. Подожди еще немного. Всего два похода, пусть даже с неплохими результатами, не могут в полной мере выявить характер человека. Я всегда осторожничаю, когда речь заходит о том, чтобы позволить новичку командовать людьми. Так что придется тебе пойти мне навстречу и немного подождать.

Роран с такой силой сжал рукоять молота, заткнутого за пояс, что на руке его стали видны все напрягшиеся вены и мышцы, но тон его оставался спокойным и вежливым, когда он поклонился и промолвил:

— Хорошо, госпожа Насуада.

— Вот и отлично. Тебе сообщат о новом задании сегодня же к вечеру. Да не забудь как следует пообедать после того, как вы с Катриной увидитесь вновь. Можешь считать это приказом, Молотобоец. А то у тебя такой вид, словно ты вот-вот свалишься.

— Хорошо, госпожа.

Роран уже собрался уходить, когда Насуада вдруг подняла руку и остановила его.

— Роран! — позвала она. Он обернулся. — Теперь, когда ты уже имеешь опыт сражения с теми, кто не чувствует боли, скажи: если и у нас будет подобная защита от страданий плоти, сможем ли мы победить их?

Роран подумал и покачал головой:"

"— Пожалуй, нет. С одной стороны, отсутствие боли им, конечно, помогает, но в нем же заключается и их слабость. Они не пытаются прикрыть себя щитом, защищаясь от удара меча или от стрелы, они вообще ведут себя совершенно беспечно; точнее, они равнодушно относятся не только к грозящей им опасности, но и к собственной жизни. Это правда, они могут еще долго сражаться после таких ранений, которые давно бы уже убили обычного человека, и это немалое преимущество в бою, но ведь они и сами гибнут довольно часто просто потому, что даже не думают защитить свое тело от ударов. Они настолько уверены в собственной неуязвимости, что бросаются навстречу любой опасности, сами лезут в любую ловушку, которой разумный человек всеми средствами постарался бы избежать.