Идеальная Эльза

Опрокинув ее на кровать, Кристиан приподнялся, чтобы сдернуть с себя рубашку, а потом нырнул носом в завитки меж ее бедер.

Проснувшись на рассвете, Кристиан долго лежал, оперевшись на локоть и разглядывая Эльзу.

Она всегда спала очень чутко, но в этот раз не пробудилась вслед за ним."

"Рассеянное и ленивое зимнее утро едва освещало ее лицо, и крепкие плечи, и безобразные рубцы на спине. Эльза спала на животе, и ее шрамы предстали перед Кристианом во всей своей безжалостности.

И он снова пожалел о том, что дал семье Гё возможность поправить свои дела.

Бывший жиголо, а теперь директор Торгового предприятия Конрад Браун вел дела осторожно и в то же время на удивление разумно. Как будто кто-то нашептывал ему верные советы на ухо.

И Кристиан предполагал, что так оно и было. Братьев Гё Эльза ненавидела и презирала, но Анну она продолжала защищать.

Непостижимая.

Едва-едва, чтобы не разбудить ее, Кристиан коснулся губами самых грубых рубцов.

Бедная девочка.

Страшно представить, насколько ей было больно.

Он почти устыдился своей ненависти к Маттиасу Вайсу, настолько мелкой она ему показалась по сравнению с этими шрамами, но потом подумал, что этот человек принес ему не меньше боли, только иного рода. И сейчас он продолжает разрушать его семью. Если их отношения с Бертой вряд ли поддавались починке, то теперь страдали и дети. Берта была не в состоянии справиться со своим несчастьем, и это самым пагубным образом сказывалось на Исааке и Хельге.

И еще Кристиан подумал, что ему до смерти не хочется покидать постель Эльзы и возвращаться домой, где все было плохо и душно.

Если бы можно было объединить Эльзу и детей в одном месте…

Тут Кристиан резко сел, напуганный этой мыслью.

– Что случилось? – тут же встрепенулась Эльза.

– Кажется, я люблю тебя, – охнул он в ужасе. – Матерь божья!

Глава 28

Вернувшись домой, Кристиан едва успел освежиться и спуститься к завтраку.

Берта все еще спала: вчерашние возлияния не прошли для нее даром.

Зато в столовой его ждал сияющий, как новенький гульден, Ганс.

Мориц, все еще шокированный состоянием пальто Кристиана, наливал незваному гостю кофе, оскорбленно поджимая губы.

Исаак, который обычно был тихим и застенчивым, к Гансу благоволил. История о том, что тот вырос не только без папы и мамы, но даже без собственного учителя рисования, поразила мальчика в самое сердце. И теперь он притащил огромный альбом с рисунками и разложил их перед Гансом, стремясь поделиться своими сокровищами.

Кристиан, сломленный неожиданным ударом судьбы – любовь? какого дьявола! – обнаружил в себе редкое отсутствие аппетита и разозлился еще больше. Он не такой глупый юнец, как сидящий перед ним уличный шалопай, чтобы чахнуть от чувств.