Элемента.T

Спуститься по отвесной куче сырой земли и не запачкаться было под силу только алисангам, но и они умудрились измараться.

— Чур, фонарь мой! — заявила Ирис, требуя у Тагарата оборудование.

Он не возражал. Чтобы снять перекинутый через плечо ремень ей пришлось прижаться к нему и даже двумя руками обнять. Он послушно поднимал и опускал руки, довольно жмурясь.

— Жаль, что второй, я тупица, снял сам, — посетовал он.

— Мне одного более чем достаточно, — резко развернулась от него Ирис и пошла, освещая путь ярким светом, укрощённым, как и этот дикий кот, и пристёгнутым на ремень.

— Как ты? — спросила Эмма.

— Нормально, — почти не соврала Ева. Про опухшую от укусов руку она решила не говорить.

— Мне кажется, этот проход ведёт к монастырю, из которого мы пришли. Я смотрела по карте, он как раз на юго-востоке от замка.

— Значит, Баз был прав, — поделилась Ева. — Он сказал, что скорее всего они связаны подземным ходом.

— Конечно, он прав! Ева, как ты можешь сомневаться! Он же База всех знаний, что хранит человечество. Ну, себя мы тоже относим к людям, если что, — добавила она, подумав.

— Я не сомневаюсь, Эмм. Просто, он не энциклопедия, он не сообщает скучным монотонным языком неоспоримые факты. Он живой, такой же, как все. Он язвит, огрызается, ругается матом, жёстко шутит. Я порой не понимаю, он издевается надо мной или помогает. А ещё он говорит голосом Стража, того, который пропускает всех в Замок Кер. Мне кажется… — она споткнулась, но чертыхнулась про себя.

— Держись за меня!

— Да, ничего! Так вот мне не кажется, я даже уверена, что это он и есть.

— Прости, но я никогда не видела стража, — даже в темноте было видно, как смущённо пожала плечами Эмма.

И Ева невольно остановилась, глядя на неё. Нет, не то, что она никогда не была в Замке Керр, её поразило. Это было понятно, Ева просто забыла, что она неучтённый алисанг. Её поразило воспоминание. В такой же темноте, испуганную, в белой рубашке они первый раз нашли с Дэном Сару.

— Прости, — теперь извинялась Ева, слишком уж пристально она смотрела на неё. Честно говоря, только сейчас они сопоставились в единое целое — Сара и Эмма. А может, и нет. Она так и не могла представить её в объятиях Шейна, хотя видела их вместе. Или сидящую в клетке с безумным взглядом.

— Скажи, а ты скучаешь по Шейну?

— О, я думала, ты спросишь, скучаю ли я по Дэну, — улыбнулась она. — Признаться, избавиться от твоих чувств мне будет труднее, чем от своих собственных. Но, знаешь, нет. Я отпустила его. Простила и отпустила. Я даже и думать о нём забыла. У него давно своя жизнь, а у меня будет своя…  Какая-нибудь, да будет.

— Тогда я скажу тебе, что знаю. У них с Екатериной Петровной, главврачом, помнишь?

— Шуры-муры? Так об этом весь Дом престарелых знал.