Экзорцист: Проклятый металл. Жнец. Мор. Осквернитель

Он замечательный, очень умный, с ним безумно интересно и весело…

– Но?

– Но он так измучил меня своей ревностью, ты даже представить себе не можешь!

– Мне казалось, девушкам нравится, когда их ревнуют.

– Нравится? – задумчиво протянула Инга. – Да, пожалуй. Но теперь это переходит все границы! Его телохранители каждый раз обшаривают всю квартиру! Он никогда не предупреждает о своих визитах и может заявиться посреди ночи, лишь бы просто убедиться, что у меня никого нет! Представляешь?

– Просто убедиться? – понимающе ухмыльнулся я.

– Ну, не только, – слегка смутилась девушка. – Знаешь, я, конечно, ценю его внимание, только должна же быть у меня своя собственная жизнь! Я ему не жена и даже не содержанка!

– Он и сегодня может пожаловать?

– Запросто!

– Тогда нам не стоит терять время!

Я потянулся за бутылкой, но Инга вновь перебралась мне на колени и через голову стянула с себя ночную рубашку.

– Вино подождет! – решительно заявила она, и на какое-то время нам действительно стало не до выпивки.

А потом было лень идти за бокалами и штопором, поэтому я просто лежал на диване и любовался точеной фигурой Инги, прижавшейся ко мне теплым боком.

– Ты так редко заходишь, – пожаловалась она.

– Дела, – многозначительно бросил я в ответ.

Девушка вскинулась, уловив явную недосказанность, но тут в дверь постучали.

Постучали резко, требовательно и куда громче, чем того стоило ожидать во втором часу ночи.

– О нет! – простонала Инга и умоляюще пролепетала: – Себастьян, милый, выручай! Прошу тебя!

Я тихонько рассмеялся, забавляясь нелепостью происходящего, и успокоил певицу:

– Не волнуйся, уйду через окно.

– Спасибо! – охнула девушка и быстро натянула ночную рубаху.

Стук в дверь повторился, кто-то громко позвал:

– Инга!

– Иду! – отозвалась певица, набросила на плечи длинный халат и, не выходя в прихожую, крикнула: – Кто это?!

Я с охапкой скомканной одежды забежал в заднюю комнату, приоткрыл оконную раму и выбрался на карниз. Там замер нелепым обнаженным акробатом, словно воплощение шутки о не вовремя вернувшемся домой супруге, молясь Святым, чтобы охране кронпринца не пришло в голову выглянуть на улицу. Но нет – в комнате лишь мигнул отблеск фонаря, и вновь потемнело оконное стекло.

Выждав какое-то время, я осторожно влез обратно и принялся одеваться.

Из-за неплотно прикрытой двери доносились громкие голоса и смех, но прислушиваться к щебетанию парочки я не стал и вновь взобрался на подоконник.

Взобрался – и замер, уловив приторный дымок дешевой опиумной смеси.

Это еще что такое?

Перегнувшись, я с высоты второго этажа оглядел глухой переулок и сразу приметил, как мерно вспыхивает и угасает в темноте огонек раскуренной трубки.