Экзорцист: Проклятый металл. Жнец. Мор. Осквернитель

На руках и груди блеклые, будто полусведенные, наколки: пронзающая сердце пика, череп, кандалы. Так, а вот это уже интересней! Сломанная кирка! Отсидел, значит, и вышел? И не где-нибудь, а в «Ржавой кирке» срок мотал…

– На чем его прихватили? – обернулся я к бородатому хлыщу с лицом недовольного жизнью приказчика, который, без сомнения, был тут за главного.

– Тебя это не касается, – фыркнул бородатый. Принимает меня за простого костолома? Распространенное заблуждение.

– Вот что, козлик, – тяжело вздохнул я, не обратив внимания на невольно вырвавшийся у писаря смешок, – если тебе задают вопрос, будь добр на него ответить. Потому как в противном случае будешь общаться с этим жуликом сам.

– Да ты!..

– Рот закрой. – Выслушивать оскорбления желания у меня не было ни малейшего. – Предупреждаю последний раз: начнешь придуриваться, сам его потрошить будешь. Все ясно?

– Полегче, – еще сильней сморщил и без того кислую физиономию хлыщ.

– Без проблем, – пожал плечами я. – Так на чем его прихватили?

За последние пару лет кого только я не навидался – и запойных забулдыг, и душевнобольных, и откровенных симулянтов. А вот одержимых бесами только двоих всего и привозили. Нет, вообще бесноватые в лапы надзорной коллегии частенько попадались, да только они, как однажды сумничал заскочивший на огонек Джек Пратт, были жертвами повышенной чувствительности к потусторонней скверне, и не более того. Наглядные подтверждения ошибочности пресловутой догмы о младших бесах. Не мой профиль, мне куда сподручней с нормальными бесами управляться.

Так вот: осоловело уставившийся перед собой жулик вовсе не заслуживал столь пристального внимания со стороны королевской надзорной коллегии. Обычный ворюга с городского дна. Не мальчик на побегушках, но и на серьезного человека не похож. И что самое главное, потустороннего присутствия в нем не ощущалось вовсе.

– Спрыгнул на мостовую с четвертого этажа, бросился бежать и угодил под карету. Пока валялся без сознания, подоспели стражники, скрутили и уволокли в участок. Очнувшись, попытался сбежать из камеры, но его на всякий случай в кандалы заковали, а там и мы подоспели. Да, цепь ручных кандалов он таки порвал.

– Интересно. – Я присмотрелся к кровоподтеку на левой скуле задержанного. Это ему копытом прилетело? Нормального человека такой удар и в могилу загнать мог. А еще прыжок с крыши и порванные кандалы. – Когда это случилось?

– Вчера.

Ага, а кровоподтек почти сошел. И о чем это говорит? Да, по большому счету, только о том, что следует присмотреться к ворюге повнимательней.

– Успокоили как?

– У нас свои методы, – не стал откровенничать хлыщ.

– Полынную настойку давали?

– По самую маковку залили, – просветил меня тюремный лекарь.