Экзорцист: Проклятый металл. Жнец. Мор. Осквернитель

Проснувшись на рассвете, я умылся и по заведенной традиции отжался шесть дюжин раз. Потом немного поколебался, но все же решил устроить пробежку. Восемь шагов до окна, восемь шагов до двери. Когда сбилось дыхание и начала кружиться голова, улегся на холодный каменный пол, уперся ногами в койку и принялся качать пресс. Потом размялся и, уже скорее от нечего делать, устроил бой с тенью.

А как иначе? Заплыть жирком в таких условиях – плевое дело. Не хотелось бы."

"Тут лязгнул запиравший окошко засов, я плюхнулся на кровать и, как обычно, выставил в сторону двери средний палец. Не менее традиционно усатый надзиратель помянул бесово семя и отправился дальше.

А я в который уже раз обругал себя за несдержанность.

Нет, не за неприличный жест, ерунда это. Проявить благоразумие стоило пару лет назад, в разгар нашумевшего в определенных кругах дела «Ржавой кирки». Так нет же – сорвался! Кому не стоило, нахамил, кому стоило – но втихаря! – прилюдно физиономию начистил. И угодил сюда.

И, что самое паскудное, всерьез меня теперь в надзорной коллегии никто не воспринимает. Использовать используют, а все разговоры об освобождении обычно заканчиваются ни к чему не обязывающей фразой «поживем – увидим». Уроды…

Как обычно, пришли за мной ближе к полудню. Но вместо тюремных надзирателей пожаловали крепкие парни, изукрашенные очень уж необычными татуировками, не похожими ни на воровские наколки, ни на те, что набивают себе в портовых кабаках подвыпившие моряки. Никаких ножей, виселиц, якорей, утопленников и русалок – у старшего на шее перевернутый пентакль виднеется; у того, который мне кожаное одеяние брата-экзорциста приволок, из-под обшлага на кисть вязь странных символов выползает. Разве что третий мордоворот простенькой восьмиконечной звездой на виске отделался.

– Собирайся, – распорядился старший.

Кучей сваливший на кровать одежду парень отошел к двери, его напарник прошелся по камере, с интересом поглядывая по сторонам.

Я смерил хмурым взглядом пожаловавших за мной мордоворотов и принялся разбирать одежду. Штаны, сапоги, перчатки. Широкополая шляпа и плащ со споротыми бубенцами. Не хватает только маски, но она, по большому счету, и ни к чему.

– Ну? – поторопил меня бугай с вытатуированной на виске звездой, поймал спокойный взгляд командира и сразу же заткнулся.

– Что – ну? – Я напялил кожаную шляпу и принялся застегивать плащ.

Парень промолчал. Старший тоже не стал сотрясать воздух впустую и молча указал на выход.

– Опять чокнутого какого-нибудь приволокли? – Сдвинув широкополую шляпу на затылок, я остановился в дверях.

– Иди давай.

– Куда?

– Дорогу не знаешь?

– А вы?

– Заткнись и шагай! – вполне ожидаемо рявкнул наконец выведенный из себя старший охранник.