Экстрим на сером волке

Шуба, шапка и сапоги — подарок от хозяина.

— Странная история, — протянула я, — если честно, то не очень правдоподобная. Нормальный человек не станет приглашать в свой дом незнакомку, стоявшую на дороге. Потом бригада, делавшая ремонт, как правило, за отдельную плату сама убирает за собой…

Похоже, Фима наврала.

— Уж не такая я дура, чтоб ей поверить! — в сердцах воскликнула Зина. — Ясное дело, набрехала с три короба! Только Фимка тут больше не появлялась, дети ее тоже сгинули, от Анжелики ни слуху ни духу…

— Платье, которое вы подарили девочке, было белым?

— Ага, — кивнула Зина, — дочкино, выпускное.

Народ-то умный. Люди цветное покупают или костюм брючный, чтобы потом носить. А мы по дури одноразовую вещичку приобрели. Надела ее Ниночка на ночь, измазала да в сундук пихнула.

— Ив последний раз вы видели Анжелику в подаренном одеянии с веночком на голове?

— Точно. Другие девочки в сережках щеголяли, а Лике откуда побрякушки взять было? Вот она и решила венком приукраситься. И знаешь чего?

Я вопросительно посмотрела на Зину, она пошевелила толстыми пальцами, унизанными чудовищными перстнями с ярко-красными булыжниками, поправила пергидрольные волосы и заявила:

— Танька с тех пор нигде не работает. Говорит, больная. Ну вроде язвой желудка мается! Во! Ленивая просто! А еще она всем вкручивает, что с огорода живет. Только мы с ней через забор тоскуем, и я хорошо знаю: у ней на грядках ни фига нет! Одна лебеда торчит. По весне Юрка, сынок алкашки, в землю лопатой потыкает, и все, ни картошки они не сеют, ни кабачки, ни зелень. Две яблони, правда, цветут, но какой от них толк?

— И что из того?

— Сама рассуди. Она на печке лежит, парень квасит в темную голову, а деньги есть!

— Откуда?

— Во! Вопрос!

— Может, ты ошибаешься?

— Не! Жрут ведь! Не померли без продуктов.

— Наверное, и правда огород кормит.

— Пустой?

— Небось ночью ходят и воруют с чужих посадок.

— Не, у нас с этим строго, бабы вмиг прибьют.

— В город ездит, там еду ворует.

Зина помотала головой.

— Насчет Москвы верно. Каждый месяц катается, как по часам! Видела, она сейчас тут мелочью трясла?

— Да.

— То-то и оно. Хотела молока купить, и не хватило.

— Думаешь?

— Точно знаю. Всегда так выходит. Ну а теперь прикинь: сейчас башлей нет, она в избе валяется, сын пьяный по деревне шарахается, зарплату им получить негде… А завтра Танька в город скатается и ко мне прибежит. Наберет всего, даже конфет купит, шоколадных. Вот и удивляюсь, ну где она рублики раз в тридцать дней достает? Кто ей их дает? И за что?

* * *Во двор к Тане я попала без особого труда, хозяйка, справедливо полагая, что у нее украсть нечего, не запирала калитку. По заросшим бурьяном грядкам не бродила никакая живность.