Экспроприатор

За то, что дала ему время. За то, что все мы сейчас здесь. Я сидела и жрала именно за это.

И меня блевать тянуло. Вот действительно, я ни сколько не вру меня физически тошнило. Они сидят и жрут. И я с ними. Молча. Он смотрит. Прямо над моим плечом. Не случайно. Мог бы мог смотреть в окно, в стену, куда угодно. Но смотрит над моим плечом. Это бьет. Эта ебучая грань. Ты, сука, либо выеби меня, пусть незаслуженно, либо вообще не смотри. Но только не так. Либо я выхватываю, похуй за что, но выхватываю, либо нет. Но не так, держать у ног и заставлять слизывать грязь с края подошвы…

— Я сделала это, потому что видела, что тебе не хватает времени.

Вскинула голову. Вскинула, когда мне хотелось ее пригнуть и зажмурить глаза. Потому что он медленно, очень-очень медленно все-таки перевел взгляд мне в глаза. И тишина зазвенела, надавила на уши, влилась в тело и так вскипятила кровь, что удивительно, как мое тело прямо в тот же момент не сдохло.

Он смотрел. Смотрел мне в глаза без масок. Без щитов. Нет, они были нужны не для того, чтобы обмануть человека перед ним. Он их ставил чтобы, сука, не убить. Ненароком. Своей сутью. А сейчас у он убрал свои маски. И смотрел на меня.

Я сбито выдохнула, чувствуя как мне твердо выцарапывают кривым тупым ножом приговор на душе, сердце, разуме.

— Владислав Игоревич… — голос Спасского. Резко оборвавшийся от одного движения. Поднятая ладонь. Жест князя, когда чернь молвила слово в неполагающийся момент.

Я поняла что всё. Поняла глубину смысла этого Руслановского «всё». Но явно бессмертный Спасский снова подал голос:

— Они приехали. Берек и Ильин. Ждут у дома. — Он показал экран телефона. Но Влад не смотрел.

Он с трудом отвел от меня взгляд. Взгляд на бледного Ваню. На бледного бедного Ваню. Осознание в карих глазах. Кивнул и вышел.

Меня правда чуть не вырвало когда они выдохнули. Облегченно. Твари.

Поднялась. Спасский попытался удержать. Долгая пикировка, его проигрыш и мое почти безумное «ебать вы твари». Смех. Краткий, на грани отчаяния. Мне было страшно. Не знала куда.

Запуталась в коридорах. Сползла по стене в одном из них. Полумрак обнял и вторгся сквозь кожу. Успокоил, сказал тишиной, что я смогу. Я вывезу. Нахуй все. Я вывезу.

Поднялась, шла шатко. Нужна лестница и на верхний этаж, подальше от них всех, застывших в той столовой в его ожидании. Хочу подняться на верхний этаж. Подальше. Повыше.

Но он, решив свои вопросы, настиг меня. Когда до выхода на площадку, где мрак коридора разбивали светящиеся лампочки, обозначающие широкую мраморную лестницу, устланную черным ворсом ковра.

Настиг со спины. Хват за шею. Вжатие лицом в холодную стену, оклеенную тесненным шелком обоями. Резко, быстро, бесшумно.

Рыпнулась, зло выдохнула.