Яма (СИ)

— Экзамен через полторы недели. И вообще, пятница…

— Ладно. Включай. Посмотрим.

Во время просмотра систры, как и обычно, комментировали действия героев и хохотали. Но некая напряженность между ними все же оставалась. Ее невозможно было прогнать, потому что все трое не могли перестать думать над озвученным Алей вопросом.

Глава 13

Я украду, тебя украду. Я украду твою душу к утру.

Сквозь пелену сна до Ники доносилась череда непрерывных ударов в дверь. Натягивая одеяло повыше, она пыталась игнорировать шум. Ее не волковало, если даже в общежитии начался пожар. Спать хотелось сильнее, чем жить.

Белка грызла орех, придерживая его своими милыми мохнатыми лапками, из густых зарослей сочной зеленой травы выглядывал сероухий заяц, дятел противно долбил дерево…

— Чего тебе, Градский? — послышался голос старшей сестры.

— Дай пройти.

Доминика еще окончательно не проснулась, а сердцебиение у нее уже ускорилось.

Белка испуганно юркнула в норку уронив свой орешек. Шелохнувшись, трава спрятала зайца. Даже противный дятел перестал стучать.

— Никуда я тебя не пущу. Ника уже спит. Чего тебе от нее надо? Прекращай, Градский, — повысила голос Алина.

— Аля, отойди. Все равно войду ведь.

— Ненормальный.

Стук ботинок по ковру, неразборчивое бормотание Руси, бряцанье ключей и приглушенный шорох: ко всем этим звукам Ника прислушивалась, уже не тая разыгрывающегося в груди волнения.

— Разуваться когда-нибудь научишься? Здесь тебе не дома, прислуги нет, чтобы прибираться. Завтра твоя Кузька будет с веником бегать. Что ты смотришь? Обычные люди так и живут!

Тяжелые шаги, словно на обратной перемотке, отдалились. Очевидно, Градский вернулся снимать обувь.

Пока Доминика мысленно визуализировала все его действия, приближение повторилось.

Сонная пелена окончательно спала, когда к щеке невесомо прикоснулись холодные и шершавые мужские пальцы. Сердцу мгновенно мало места стало, даже дышать получалось с трудом.

Приподняв веки, направила в сторону Градского хмурый взгляд.

— Чего тебе надо, Сережа? — просипела, ощущая, как к щекам подступает жаркий румянец. — Что случилось?

Сдвинув бейсболку на затылок, он опустил взгляд. Череда неразборчивых эмоций растерзали ее сердце, когда челюсти Сергея с силой сжались, мышцы проступили напряжением, а ноздри расширились.

На лице парня плясали тени, но внутри него, как догадалась Ника, курсировало гораздо больше непонятных мыслей и желаний.

Приподнявшись, потянулась рукой к его ладони. Переплела свои теплые пальцы с его холодными. Серега отреагировал мгновенно. Поднял взгляд. Изогнул губы в легкой ухмылке.

— Кто учил сестер Кузнецовых приветствовать гостей? Папа или мама?

У Ники никак не получалось распознать, какое настроение господствует внутри него.