Яма (СИ)

Рассчитывал, что отец прервет его скотское позерство гневной тирадой. Да он его после всего раскатать должен! Но тот продолжал молчать, будто дар речи утратил.

— Раунд[1], - выдал, настойчиво полагая, что родне стоит срочно подключаться к диалогу.

— Не имею ничего против цыганочки и стихов, но мне больше нравилось, когда ты танцевал сальсу. Раз-два-три-четыре… — виляя бедрами, выдала бабушка Сергея, Стефания Митрофановна. — Пять-шесть-семь-восемь.

Отец оценил абсолютно несмешную шутку матери, издавая непонятный крякающий звук.

— Ни слова больше об этом, — предупредил Град с чувством легкого раздражения.

Да, его вдруг пристыдило упоминание о занятиях бальными танцами. Видимо, нервная система пребывала в неком разболтанном состоянии после всего случившегося и реагировала на всякую ерунду. Следовало отдохнуть, чтобы прийти в норму.

— Ладно, раз твое собственное лицо цело и невредимо, я намерена выпить бокал вина и отправиться спать, — произнесла бабушка."

"— У меня тоже с утра важная встреча. Так что… Всем спокойной ночи, — заложив руки за спину, отец с гордо поднятой головой следом покинул гостиную.

""Что за нах???""

""Он что, объелся грибов?""

Серега буквально окаменел, изумленно глядя перед собой.

— Собрание завтра после четвертой пары, — сообщила мать, поднимаясь с дивана.

Моргнул, на повторе прокручивая ее слова только затем, чтобы осмыслить.

— Постарайся выражаться без матов. Никаких бейсболок. Требуется пристойный внешний вид, я тебе рубашку и брюки приготовила. Хотя, кто тебя не знает… — улыбнулась чересчур довольно, учитывая случившееся.

— Это все?

— А что еще?

— Не хочешь спросить, почему я его избил?

— Я уже знаю, почему. Алина Кузнецова к нам на кафедру заходила.

— И что? Все? Ты не собираешься выписать мне пиз… — не хватило выдержки, чтобы замыливать свое удивление приличными словами. — И что случилось с отцом? Он ""дал борща"" с корвалолом?

— А что не так с отцом?

— Да он меня за меньшее в бараний рог скручивал!

— Перегорело, видимо, пока ты изволил явиться.

— Да ни в жизнь!

""Это нахр*н невозможно!""

— Папа очень удивился тому, что ты защитил эту девушку. Не просто же подрался… Она тебе нравится?

— Не надо пороть чушь, — яростно возмутился, натыкаясь взглядом на странную улыбку матери.

Перевел взгляд на Леську, та тоже светила зубами во всю свою физическую возможность. Дальше по кадру вообще все плачевно: у Славы то ли предобморочное состояние, то ли запор, то ли первые признаки более серьезной болячки.

Порывало напомнить им всем, что у него-то, в отличие от них, железный иммунитет. Хотя они и без дополнительных уведомлений должны знать.

— Бл*дь… Напридумывали уже, да? Не кода, ладно? Она… Кузя — просто мой друг.