Я знаю — ты мой!

Все мое существо было направлено на нее, и эмоции, которые она испытывала, становились моими.

Взгляда не отрывал от одетой по ведьминской моде хрупкой фигурки в праздничной белой рубашке с яркой вышивкой, украшенной полудрагоценными камнями, а по сути настоящими амулетами да оберегами, длинной юбке ярко-синего цвета с широким поясом на тонкой талии. Черные как смоль волосы затянуты шелковой синей лентой и перекинуты через левое плечо.

Я опоздал на торжество и теперь находился за спинами гостей. Не желая нарушать церемонию, чтобы занять предназначенное мне место рядом с Зейном, замер позади всех и теперь жадно рассматривал Алису. И как продержался без нее так долго?

Больше не мог думать о том, что она отменяла наши встречи специально, желая досадить или проверить крепость моего слова. Не мог, потому что знал, куда моя драгоценная ведьмочка направляла свои силы и на что подбила всех обитателей «Радужного хрусталя». Что бы она ни говорила, сердечко ее болит за империю. Такой призрачный шанс, неуловимый, но он у меня есть.

В Алисе плескалось столько нерастраченной нежности и любви, что я терял голову. И пусть адресованы они были не мне, а подруге и брату, однако я внаглую воспользовался моментом, жадно пил ее эмоции, замирал от ее восхищения подругой, от любования красотой церемонии, от счастья за Кортина. Там столько всего было намешано… далеко не сразу смог уловить еще один отголосок чувства, которого сейчас быть не могло. Алиса боялась чего-то или кого-то…

— …мужем и женой, — мелодичный голос жреца вырвал меня из омута чужих эмоций, — да благословит вас Светлоокая Альири!

Традиционно после этих слов служитель храма кинул в невесту и жениха искру магии, которая или разрастется, подтверждая благословение, или останется такой же величины и в будущем станет украшением для невесты — из застывшей янтарем капли божественной магии некоторые делали броши.

Я не раз был на свадьбах и готов поклясться, что такого яркого мягкого света, каким окутало две фигуры у брачного алтаря, не видел. Этот союз был угоден богам, он обещает быть долгим и прочным, а самое главное — счастливым. Это громко и объявил жрец, и улыбка не сходила с его лица. Истинная любовь приятна не только служителям богини, а потому абсолютно все гости, в том числе и демоны, широко улыбались. Мало того, я точно знал, что в их сердцах нет зависти и злости, они радуются искренне."

"Пару мгновений позволив себе полюбоваться чудом, стал лихорадочно искать причину некомфортного состояния любимой. Не хотелось думать, что это я. И когда к молодоженам потянулась вереница родственников и гостей, наконец увидел, кто доставлял Алисе неудобства. Ее мачеха, леди Элис.

Я глухо зарычал, не сумев сдержаться и этим выдав свое местоположение.