Я вернусь в твою жизнь

Он оглядывается в поисках информационного табло с указанием пункта охраны или самого охранника, а я растерянно веду взглядом вокруг и вдруг…

— Настя! — кричу, бросаясь к перилам. — Настя-я-я! Охрана, там уводят мою дочь!

— Зарина! — Семён кидается ко мне, а потом увидев то же, что и я, бросается к эскалатору и, прыгая через ступени, расталкивая на них людей, несётся вниз.

Там, внизу, на первом этаже уже подходят к дверям рыжеволосая женщина с моей Настей за руку. Неумолимо преодолевают последние метры, пока мои ноги прирастают к полу.

Как?! Как Настя так спокойно идёт с ней?! А это она! Точно-точно! Те же салатовые ушки, розовые кроссовки, рюкзак-медвежонок.

— Стой, стой, — шепчу себе под нос и срываюсь за Семёном. Боже, почему просто нельзя спрыгнуть со второго этажа? Почему у меня нет крыльев? И острых когтей, чтобы порвать эту рыжую, похитившую мою дочь?

Я бегу по холлу, несусь, не чувствуя ног. Люди в недоумении расступаются. Охранник пытается преградить мне путь, но заранее кричу ему, что у меня похитили ребёнка.

Женщина уже увела Настю за стеклянные двери, туда же выскочил Семён.

Он должен успеть! Обязан!

Он знает эту женщину? Господи, кто она такая, что решила украсть нашу дочь? Его бывшая жена? Зарина… Да, кажется, так зовут её.

Дурацкая карусельная стеклянная дверь ползёт так медленно! Я едва не сгораю в эти мгновения, пока она проворачивается, чтобы выпустить меня наружу.

— Настя! — вылетаю за двери и кручу головой.

Где они? Где? Шум улицы окутывает, будто в воронку затягивает. Порывистый ветер треплет волосы, хлётско швыряя их по моему лицу и закрывая обзор.

Сразу за дверью торгового центра подъездная дорога, и я едва не попадаю под машину. Водитель кричит мне ругательства в окно, но мне плевать. Дальше, у стоянки, я вижу, как Семён догоняет эту рыжую, хватает её за локоть и резко отталкивает от Насти. Женщина падает на асфальт, а он подхватывает Настю на руки.

— Настя! — вырывается из моего горла ещё одни крик, ещё более рвущий горло, но уже с облегчением. — Настенька!

Семён отпускает её и она бежит ко мне. И мне кажется, я ещё никогда не была счастливее. Потерять и обрести её за десять минут — эмоции сравнимые разве что с тяжёлыми родами и первой счастливой встречей или чем-то подобным."

"Окончательно выдыхаю, но не могу сдержать всхлипа, когда моя девочка оказывается у меня на руках. Я дрожу всем телом, но мне больше ничего не страшно, потому что моя доченька со мной.

Я никогда ничего так не боялась. Даже смерти. Никогда не была так напугана, как сейчас.

— Почему… — заключаю её личико в ладони, опустив на землю, — почему ты пошла с этой тётей? Что она тебе сказала?

— Я зашла в туалет, но не увидела тебя, там было много людей, — Настя бледная, тоже испугалась.