Я тебя прощаю. Чужая любовь

Я не заметил, как вернулся домой, мной правила злость на проклятую ведьму, на себя, на богов, что решили поиграть с нашими судьбами, на весь поганый и несправедливый мир.

Ведьма не спала, тихо разговаривала на кухне со своей тварюшкой, гремя деревянной ложкой о медный бок посудины.

– В этот раз точно получится. Я все просчитала.

– А ты уверена, ве-е-едьма? – Я ввалился в помещение, едва не сорвав дверь с петель.

– Нет, но…

Как же мне хотелось ее придушить собственными руками, ухватить за толстую шею, обвитую какой-то дрянью из серебристых цепей, и с силой тряхнуть до хруста в позвонках.

Женщина выключила конфорку и медленно отошла от плиты.

– Что ты наделал?  – спросила настороженно.

– То, за что я буду ненавидеть себя всю оставшуюся жизнь! А если узнает она… – Я сжал плотно челюсти.

Вот так с желанным счастьем приходит безмерная боль. Один порыв… и ты разрушаешь всё.

Если бы не ведьма и ее дерьмовый отвар!

Да кого я обманываю? Меня подтолкнул зверь, но я мог справиться со своим желанием. Я должен был с ним справиться! Обязан! Сейчас мне это казалось выполнимым.

И теперь я понимаю, что принял правильное решение в тот момент, когда дал брату возможность на полноценную жизнь. Разве я достоин пары?..

– Сделай так, чтобы я не смог больше навредить… – я не посмел произнести имя Валерии вслух. – Я должен быть уверен, что не коснусь ее. Ты поняла, что я от тебя хочу? – Мария попятилась, нервно потирая пальцы, но алчный блеск и азарт в ее глазах невозможно было скрыть даже за страхом.

– Зверь ослабнет, – предупредила она.

– Я понимаю.

– Ты можешь лишиться должности без силы…

– Могу.

– Лишиться уважения Альфы и всей стаи."

"На черта уважение стаи, если любимая женщина лишь от одного воспоминания обо мне будет вздрагивать?  Ее запах так и преследовал меня, он пропитал мою одежду, впитался в кожу и волосы, я будто был рядом с Лерой все это время, служил напоминанием.

– Сделай уже, как я прошу! – Я налетел на ведьму и потащил ее за предплечье к плите.

Мирно развалившаяся черепаха, среагировала, бросилась со столешницы и спикировала мне в ноги.

– Убери эту дрянь. – Я продолжал сжимать женскую руку.

Черная густая масса шустро оплетала ступни, туго стягивая мои щиколотки вместе.

– А ты отпусти мою руку, волк, – с пугающе ласковой улыбкой ответила Мария.

Я разжал пальцы – фамильяр в ту же секунд стек мерзкой жижей на пол.  Черное маслянистое пятно поползло к кухонному шкафу, зацепилось за вертикальную поверхность, протянув щупальце, добралось до столешницы и вновь приобрело вид ленивого пресмыкающегося.

– Я предупредила тебя о последствиях. Ты оценил их в полной мере? – Ведьма одобряюще прошлась ладонью по панцирю черепахи.

– Да.