Я научу тебя любить

Чтобы жизнь медом не казалась. А если это действительно станет моей проблемой? На тебя надеяться? Или на девочку? Или свечку в церкви поставить, чтобы у вас все сложилось?

— Я несу ответственность за этот проект, Ярослав Анатольевич. Перед вами. И за Ланцовых тоже несу.

— Несешь. Полную ответственность, Корней. Своей головой. И должностью. Теперь только так.

Два мужских взгляда встретились. Самарский смотрел так, что сомнений никаких — не шутит. И не преувеличивает. Высоцкий — понимает, принимает, кивает не потому, что нужно кивнуть, а потому что готов нести. Головой. И должностью. А еще репутацией. Той самой, которую так ценит.

— И мой тебе совет… Не ставь вопрос в зависимость от личного… Я не знаю, что там за Ланцовы… И не хочу знать. Просто хочу, чтобы из-за них у меня не было проблем. Но если…

Самарский сделал паузу, продолжая смотреть на Корнея. И сам злился, и по нему видел то же состояние. Желваки гуляли по скулам. Дышал ровно.

— Если эта малая начнет меня шантажировать…

— Пока вас шантажирует только ваша ассистентка. Ярослав Анатольевич. Тоже малая. Не заметили?

— Это не она дала в штангу, Корней. Это сделал ты. И хорошо, что она это передала. Теперь хоть сюрпризом не будет, когда… — хотел сказать что-то резкое. Опять. Но сдержался. Дал себе несколько секунд, чтобы обдумать слова, повернул голову в сторону, посмотрел в окно… Потом снова на Корнея. — Когда я был таким, как ты. Немного младше. Я натворил много дурного. За многое мне до сих пор стыдно. И очень жалко, что я не слушал окружающих меня умных людей. Тех, кто старше. Чуть-чуть опытней. Тогда мне казалось, что я все делаю правильно, а окружающие просто не понимают… Пер против правил. Логики. Здравого смысла. Думал, что разруливаю, а по факту усугублял. Закончилось все… Плохо. Очень плохо, Корней. И я просто советую тебе…

— Я не просил совета, Ярослав Анатольевич…"

"Корней знал, что по той самой логике, здравому смыслу, из уважения к правилам… Ему стоило бы дослушать. Стоило бы и прислушаться тоже. Потому что… Самарский не из вредности. И не со зла. Но ему не хотелось. ни слушать. Ни слышать. В свое личное он пускать не собирался.

Это явно читалось во взгляде. Потому что Самарский сначала снова прищурился, сжал челюсти… Собирался что-то еще сказать, но не стал. Взял листы, отвел чуть в сторону, ногой подвинул корзину для канцелярского мусора, отправил анонимку в свободный полет…

— Сегодня я делаю так. Мы останавливаемся на том, что ответственность на тебе. Решай вопрос, Корней. Решай. Это больше нигде не должно вылезти. А если вылезет — владельцы должны отрицать. Это понятно, надеюсь? А советы… Захочешь получить — приходи. И глупостей не делай. Нигде, блять, не делай. Если знаешь, что все закончится плохо — отпусти девочку, пока не поздно.