Я научу тебя любить

— Разрешаю. А будешь много говорить — получишь по заднице. Ясно?

И пусть много Аня не говорила, но по заднице все равно получила. Ощутимый щепок, который заставил подпрыгнуть, ухватиться, обернуться, посмотреть увеличившимися глазами, потом с обидой… Начать тереть…

— Больно…

— Вечером поцелую, чтоб не болело. Пока.

И почти так же, как от прикосновений, от слов тоже становится жарко… Губы в улыбку, а мысли в сладкую вату…

Сам же Корней, как всегда, в момент опять становится внешне холодным, бросает взгляд в зеркало, берет портфель, проходит по Ане взглядом, кивает, выходит из квартиры…

Дверь в которую Ане за ним закрывает, прислоняется лбом к дереву… Закрывает глаза, выдыхает… И улыбается…

Ощущая небывалый подъем из-за того, что мечты иногда сбываются. И вот уже месяц как она — самый счастливый в мире человек.

И только когда сердце немного успокоилось, а место ощутимой «ласки» перестало ныть, вернулась на кухню… Взяла тарелку с парой неудавшихся попыток, сделала кофе себе… Села на любимое место Корнея, начала уже свой завтрак, позволяя мыслям уплыть далеко-далеко. В тот вечер, когда все началось по-настоящему.

* * *В тот вечер месячной давности, когда Корней примчался домой с базы, чтобы увидеть в коридоре сумки, а Аню — сдавшейся, девушка меньше всего думала, что все может произойти так.

Выключила мобильный не затем, чтобы заставить его нервничать, а потому что думала наоборот — нервничать он не будет. Просто вернется, как и планировал. Она просто скажет ему, что решила… И он просто отпустит, как и обещал.

Но что сорвется к ней, что будет так зол, и так много скажет важного… Что развеет все сомнения разом… Это было для Ани полной неожиданностью."

"Когда Корней уехал к Илоне, с силой хлопнув дверью, она осела на диван, закрыла лицо руками… И будто заново пережила. Каждый день с ним. Каждое его действие и слово. И стало невыносимо стыдно, потому что могла так легко повестись на злые слова женщины, которая, кажется, совсем его не знала, пусть и провела рядом куда больше времени, чем Аня…

На собственной шкуре испытавшая его холодность, но ею же прочувствовавшая и совсем другое — помощь, поддержку, заботу. Действительно не такую, как у большинства, но разве же от этого менее ценную?

Нет…

Ей было очень стыдно. За все. За мысли, за поступки, за слова. А еще очень страшно, потому что… Теперь-то Аня понимала — в разговоре с ней он сдерживался. Очень злился. Очень. Но сдерживался. А с Илоной как будет? Думала об этом и ёжилась… И ведь стоило бы испытывать злорадство — пусть сама не смогла дать отпор обидчице, но Корней точно сможет… Но у Ани не получалось. Ей просто хотелось, чтобы мужчина вернулся. Чтобы он вернулся и сделал вид, что сумок в коридоре не было. Что не было потери веры.