Я научу тебя любить

Прикусит… Увидит улыбку во взгляде Корнея… Улыбнется так же — глазами…

Легонько охнет, когда мужчина снимет руки с бедер, так и оставляя их — открыто-голыми до уровня чулочных резинок, упрется в тумбу, прижмется своим лбом к Аниному, несколько секунд просто смотря в глаза…

— Помнишь, да? Если захочешь прекратить — скажешь.

Корней уточнил вполне серьезно. Не мог не понимать, что снова спичкой зажигает девичий страх. Но не делал ничего, пока Аня не кивнула. Помнит… Снова дрожит… Не знает, что будет… Но разрешает…

Сглатывает, спуская руки с мужской шеи на плечи, когда Корней тянется к молнии на ее спине…

Звук разъезжающейся змейки бьет по нервам, а холодок, который идет по постепенно оголяющейся коже, отзывается внизу живота… И еще сильней, когда мужские пальцы скользят по спине еле-ощутимыми касаниями. Вниз вдоль позвоночника… Вверх… Задевают одну из бретелек на плече, тянут вниз по руке…

И пусть Ане очень хочется в этот момент прижаться своей грудью к его, чтобы удержать платье, но она позволяет…

Оторваться от ее лица, пройтись губами по щеке, подбородку, шее… Спуститься поцелуями по ключице… И ниже тоже спуститься.

Девушка чувствует, что и вторая бретелька тоже соскальзывает с плеча на локоть…

Корней выпрямляется, смотрит, смущает…

Но вместо того, чтобы закрыться в этот момент, трусиха находит в себе силы… Позволить платью стать просто собранной гармошкой тряпочкой где-то на уровне талии, высвобождая руки.

Проблескивает шальная мысль и от белья тоже избавиться, но на это девичьей смелости пока не хватает. Не под таким обжигающим взглядом. Который и так будто пробирается не просто под ткань — а под кожу…

— Вреда не причиню, помнишь? — Корней зачем-то уточняет, Аня кивает, а потом замирает и перестает дышать, потому что чувствует движение за спиной и синхронно с ними новые касания на шее — мягких губ и колючего подбородка…

Снова ощущает будоражащий табун мурашек, когда Корней расстегивает бра, оголяя ее сильней…

Девушка соскальзывает сразу двумя ногами с ручек, когда чувствует жар его руки на животе, сглатывает, когда она поднимается, накрывает грудь, сжимает… А мужские губы наоборот спускаются от шеи вниз к другой…

И хочется одновременно свести колени и развести их шире. И в спине — сгорбиться, чтобы не дать притронуться, и выгнуться, чтобы было удобней…

Когда губы Корнея коснулись чувственной розовой кожи, Аня не сдержалась — охнула.