Я сделаю нам больно

Чтобы ей было от чего отталкиваться.

- А ты… не знаешь, что с ней случилось? Что именно произошло? Как она умерла?

Может быть, информация о смерти его мамы, как-то поможет ей понять Илью? Поможет успокоиться ей самой?

- Павел немногословен на эту тему. – Оксана замялась. Взгляд скользнул по собственным застывшим рукам. - Да и я не настаиваю… был момент, когда он открылся мне. Ему было очень сложно, и именно тогда я поняла, что между нами всё серьезно. Не всем, Мил, хочется открывать душу.

Мили на секундочку закрывает глаза, представляя, смогла бы она открыться Леднёву? Не осудил бы её за глупые тайны? Не рассмеялся бы в лицо?

- Во время родов у матери Ильи оторвался тромб. - Продолжает женщина. - Это была огромная трагедия. Илья был долгожданный первенец…

Повисло молчание. Звенящая тишина. Казалось, что воздух в помещении зашевелился.

- Даже в мыслях подобного не было, – шепнула себе под нос, уставившись на нарезанный тонкими ломтиками сыр, – получается, он её даже никогда не видел? - Мама, в ответ, молча, пожала плечами. Ну, а что тут ответить? – И мачехи у него никогда не было?

- Нет. Не было. Няня, кажется, была. Но ты сама понимаешь… няня – не мама.

…"

"- У тебя здесь… - тонкие пальчики тянутся к его лицу, но Илья лишь раздражённо фыркает и отворачивается, – да ну что ты, как не родной? У тебя кровь. Сколько тебе лет, что ты до сих пор не научился бриться? – Глупо хихикает Геля, и всё же достаёт пальцем до его подбородка.

Брюнет недовольно кривит губы и отклоняется в сторону от назойливой заботы. Какого хрена она вообще сюда притащилась?

- Гель, не лезь. Я не в настроении, – парень поднимается из-за стола и хватает с подоконника пачку сигарет. – Зачем ты приехала? У тебя дел сегодня нет? Вечером школьный бал… или ты забыла, что нужно наряжаться и бантики на волосы цеплять?

- Очень смешно, – хмыкает блондинка, забирая у брюнета изо рта сигарету и затягиваясь чуть сладковатым дымом. – Я же сказала: была рядом. Решила проведать. Ты сам не свой в последние дни.

В ответ на её слова, на губах Ильи играет скепсис. Ну, надо же?

- У меня всё нормально, – забирает у девушки сигарету. – Твоё волнение было беспочвенным.

Ангелина внимательно смотрит на Леднёва. Склоняет голову на бок и подпирает плечом холодильник. В задумчивости покусывает уголок губ.

- Что?! – не выдерживает парень, и бросает на блондинку ещё один короткий взгляд. – Что-то новое нашла?

- Да нет, – пожимает тонкими плечиками, и тут же улыбается. – Соскучилась. Говорю же: ты какой-то отстранённый стал. У тебя что-то случилось?

Делает шаг к нему, и кладёт на крепкую грудь маленькую ладошку. Царапает ноготками его кожу сквозь тонкую футболку и тихо мурчит. Словно кошка ластится, заглядывая в тёмные глаза.

- Гель, отцепись, – тихо произносит и выбрасывает сигарету в окно.