Измена. Терапия любви

Именно в таком состоянии меня и застал Варламов.

Увидев, что я сижу на полу, он подскочил ко мне и, подняв, обнял, крепко прижав к себе.

— Ну, ты чего? — спустя какое-то время спросил он, взяв моё мокрое от слёз лицо в свои сильные ладони. — Мы его спасли! Ты его спасла! Слышишь? Ты его спасла! — успокаивал меня Костя. — Ты настоящий профессионал, ты врач от Бога, и я очень рад, что ты теперь в нашей команде. Рита, то, что девочка жива, только твоя заслуга! — успокаивал меня он.

Как я сейчас была благодарна Косте за поддержку! Потому что она мне сейчас была жизненно необходима. Потому что после разговора с отцом, потом с Костей, плюс эта операция напрочь выбили меня из колеи. И у меня больше не было сил держать всё в себе. Я просто устала быть сильной! Устала бороться с отцом, потому что бороться с ним, всё равно, что против течения плыть.

— Как рука? — спросил Варламов, усадив меня на диван.

— Не знаю. — Пожала плечами я. — Я о ней даже забыла.

— Но синяк он тебе всё-таки оставил. — Осматривая моё запястье, пришёл к выводу Костя. — А вообще я поражаюсь твоей выдержке, ты настоящий профессионал. Не каждый сможет вот так вот после всего, что тебе сегодня пришлось пережить, провести такую сложную операцию. Рит, — Варламов протянул мне чашку с горячим чаем, — можно я задам тебе один вопрос? Если ты не готова будешь ответить, я пойму.

— Задавай. — Разрешила я.

— Что за история была у тебя на предыдущей работе? Почему на тебя инициировали проверку?

— Ты наводил обо мне справки? — прямо спросила я.

— Нет, мне на почту пришло анонимное письмо. Точнее на почту нашей клиники. — Уточнил Варламов. — Так вот, в нём говорилось, что ты превысила свои полномочия. Это правда?

— Я делала операцию внебрачной дочери моего мужа. — Я поставила чашку на стол и отошла к окну. — О том, что Слава её отец, я узнала за несколько минут до операции. Уже нельзя было ничего отменить, с девочкой работал анестезиолог. Да и не имело это никакого значения, малышка тут не при чём.

— Ничего себе. — Шумно вздохнул Костя.

— Во время операции возникли осложнения, но нам удалось её спасти. — Добавила я.

— Но об этом знала только операционная бригада. Неужели они так просто подставили тебя? — удивился Варламов. — Ведь настолько я понял, донос на тебя написал кто-то свой.

— Да. — Подтвердила я. — Как оказалось, анонимку написала хирург из моей бригады.

— Но это неэтично и подло! В ходе операции вполне могут возникнуть осложнения. Зачем ей было топить тебя? — не мог понять он.

— Она внебрачная дочь моего отца, моя сводная сестра, которая ненавидела меня всю жизнь. — Ответила я честно и на этот вопрос.

— Ничего себе у тебя там события развивались! — покачал головой он, словно пытался уложить там только что полученную информацию.