Измена. Терапия любви

Потом я переехал в Санкт-Петербург и работал там, пока профессор Троицкий не пригласил меня в эту клинику.

— Костя, я понимаю, что ты мне не поверишь, но я не давала этих показаний. Я не знаю, как тебе это доказать. — Пыталась объяснить ему я. — Да если бы я знала, что ты в СИЗО, да я бы первая землю рыла, чтобы тебя вытащить оттуда.

Константин хотел было что-то сказать в ответ, но в этом время к нам вошёл Виктор Яковлевич.

— Рита, ты как? — спросил профессор.

— Всё хорошо, спасибо. — Ответила я.

— В общем, у нас ЧП. — Сообщил он.

Да что ж такое-то происходит?! Что не день, то происшествие какое-то! И что произошло на этот раз?

— Что случилось? — Спросил Константин.

Сердце замерло в ожидании ответа. Что ещё могло произойти? Неужели мой отец успел что-то предпринять против этой клиники и профессора Троицкого?

Ведь ему же ничего не стоит снова сломать чью-то жизнь, уничтожить чей-то бизнес и всё в угоду себе и своим амбициям.

— К нам в тяжёлом состоянии везут беременную женщину. — Заговорил Троицкий.

— А почему к нам? А не в роддом? — задал вопрос Варламов.

— Её везут к нам по скорой, потому что она попросила об этом. — Ответил Виктор Яковлевич. — Дело в том, что это та самая пациентка, у которой ребёнок с пороком сердца.

— Что?! Но ей рожать только через два месяца! — на эмоциях произнёс Константин.

— Она попала в аварию. Её муж в тяжёлом состоянии, он весь удар взял на себя, что бы спасти жену и ребёнка. Так что сама она, можно сказать, не пострадала. Но у неё начались преждевременные роды.

— И что нельзя ничего сделать? Остановить их, положить её на донашивание? — волновался Варламов.

— Нет, их очень долго из машины доставали. Поэтому теперь только роды. — Так же очень взволнованным тоном ответил Троицкий. — И как ты понимаешь, профессор Игнатьев не успеет приехать.

— Я-то это понимаю, но что теперь делать? — Константин потёр лицо руками.

— Я ему позвонил, будем пытаться спасать ребёнка сами. — Развёл руками Троицкий.

— Но это безумие! У нас нет соответствующей квалификации, у нас в центре никто никогда не проводил подобных операций! — возразил Костя.

— Я два раза работала с профессором Игнатьевым. — Вступила в разговор я, правда пока ещё не совсем понимала, о чём сейчас шла речь. — Вы можете рассказать, что происходит?

— У нас есть беременная пациентка. Она ждёт ребёнка с тяжёлым пороком сердца. — Начал рассказывать Виктор Яковлевич. — Я не знаю, что за шарлотан её наблюдал, но на ранних сроках беременности порок не обнаружили. Да и она категорически отказывалась прерывать беременность. Мы наблюдали её с того самого момента, как она встала на учёт в нашу гинекологию. В принципе у её ребёнка был шанс, если операцию провести сразу после рождения.