Измена. Право на сына (СИ)

Оторопь сходит, и я чувствую, как ноет грудь под пижамой. Сглатываю и поднимаю недоверчивый взгляд на Дину, которая примиряюще гладит меня по плечу:

— я бы могла подсыпать Макару мышьяка.

Я на секунду опешив от ее улыбки милой и доброй маньячки, я открываю рот и подбираю слова, чтобы мягко ее разубедить в ее планах.

— Я шучу.

Из детской доносится обиженный плач Артема, и торопливо кидаюсь к двери:

— Приготовь смесь, пожалуйста.

— Зачем?

Оглядываюсь и шепчу.

— Он же, наверное, голодный проснулся.

А затем о своем существовании напоминает моя грудь едва заметной пульсацией.

— Точно, — говорю я и решительно вхожу в детскую. — Мама тебя слышит, мама рядом.

Артем кривится, фыркает и опять в голодном крике открывает рот. Торопливо расстегиваю пижаму, подхватываю сына на руки и прикладываю его к груди. Он отворачивается, с подозрением смотрит на меня, снижая крики до покряхтывания и я мягко прижимаю к себе:

— Да, сегодня без бутылочки.

Через минуту я сижу и покачиваюсь в кресле, вслушиваясь в сопение Артема, который голодно причмокивает. Тонкая нить нашей связи, что, казалось, была разорвана, цела. Чувство вины перед сыном меня отпускает и в сердце возвращается солнечным ручейком любовь и нежность. Я так скучала по этому ощущению тихого уединенного счастья в углу детской.

— Молоко вернулось? — раздается надо мной мрачный голос Макара.

Открываю глаза. Стоит надо мной и делает глоток кофе из белой фарфоровой чашечки.

— Ты знал… — тихо отзываюсь я.

— я же не идиот, — щурится. — Дина и при мне мешала смесь, когда приезжала.

Она в своей сумке не бутылочки сцеженного молока с собой таскала, а банку смеси.

Знал и ничего не предпринял. И даже не позвонил, чтобы узнать, как я и почему молоко пропало.

— Узнаю эти глаза, — усмехается. — Разочарована вторым Макаром?"

"Артем на груди сыто агукает, переводит хитрый взгляд на Макара и улыбается, протягивая к нему ручки. Он и в папе нуждается. Не только в маме.

Макар оставляет чашку, игнорирует мой прямой и гневный взор и забирает у меня Артема, который удивленно икает и прижимается к его груди.

— Ты же не думала, что я буду ходить нытиком без памяти до своей старости? — Макар поглаживает Артема, который глубоко и сыто вздыхает по спине.

— А нытик без памяти считал тебя идиотом без мозгов, — застегиваю пижаму и покачиваюсь в кресле. — Который чуть не просрал бизнес.

Молчит, сводит брови вместе до глубокой морщины на переносице, а затем выходит, прижимая к себе Артема:

— Твоя мама явно нарывается на неприятности. И сейчас за нами выскочит и начнет верещать о разводе, кода сама даже не удосужилась с бумагами ознакомиться.

Глава 48. Никаких больше сюси-муси

И я выскакиваю вслед за Макаром.