Измена. Просчиталась, но...где?

— А вы, собственно говоря, кто? — отчеканил мужик.

— Жена.

— Ах… жена, — его глаза недобро блеснули, — ну раз так, то у меня для вас плохие новости.

А можно не надо, пожалуйста? Я еще после прошлых новостей до конца не оправилась и с трудом прихожу в себя. Боюсь, новых мне не пережить.

— Вы в курсе, что этот… козел, — брезгливый кивок на моего мужа, — вам изменяет?

Что? Опять?!

Я почувствовала, как Глеб за моей спиной подобрался и сделал шаг вперед, но я снова преградила ему путь.

— Уточните, пожалуйста, что вы имеете в виду.

— Он пудрит мозги молоденьким девочкам, использует их, а потом, удовлетворив свою похоть, выкидывает!

Сзади раздалось рычание.

И снова я сделала шаг, не позволяя Прохорову обойти меня.

— А вы…

— Я отец! И если он думал, что ему просто так сойдет с рук то, что он сделал с моей девочкой…

И тут я поняла, о какой девочке речь. Проследила за его мимолетным взглядом куда-то за спину и увидела бледную Ольгу, которую обнимала какая-то взволнованная женщина. Наверное, мать.

Да вашу ж…

Белобрысая выглядела как бедное, забитое, измученное нечто. Не накрашенная, с хвостиком на голове, в скромной одежде. Прямо забитая мышь-библиотекарша. Куда только делась самоуверенная курва, жаждущая пристроить сою жопу в жизни за счет чужого мужика.

Не уймется никак, сучка. Не получилось нахрапом, решила зайти с другой стороны и натравить на нас своего бешеного папашу.

Хотя почему бешеного? Обычный папаша, который встал на защиту своей бедной, несчастной дочери, вероломно обманутой и использованной взрослым богатым мужиком. Я представляла, что она наговорила своим родителям, и только диву давалась изобретательности молодого поколения. Их бы энергию и фантазию да в мирное русло — цены бы не было. Но увы, некоторые выбирают другой путь — ждут всего готового и за чужой счет. И плевать они хотели на то, что при этом с хрустом ломаются чужие жизни.

Что ж…

Пришла моя очередь ломать.

— Я предлагаю не устраивать балаган у всех на виду и подняться к нам в офис, — по-деловому сдержанно предложила я.

— А нам нечего скрывать! — возразил мужик. — Пусть все знают, что он из себя представляет!

Глеб уже тоже понял, о ком речь, и я буквально чувствовала спиной, как он закипает.

Я едва заметно пошевелила пальцами, показывая мужу наш тайный знак, который использовали на переговорах. Мне сейчас нужен не бык, способный рогами стену снести, а партнер с холодной головой.

Надо добивать эту дрянь, и нервы с криками тут не лучшие помощники.

Прохоров заметил мой жест, кое-как запихал свою ярость подальше и совсем другим тоном произнес:

— Если вы настроены на серьезный разговор, а не на петушиные бои, то вам лучше послушать мою жену. Поднимемся в офис и все обсудим.