Изгой. Кровь и пламя

Понял я, и кто из гномов-каторжников обладает бойцовскими качествами – они молча подбирали оружие, делали проверяющие взмахи, сразу попытались сменить драные обмотки на ногах на более прочную обувь. Все верно. Любой воин должен твердо стоять на ногах и быть вооружен. Остальное может подождать – сражаться можно и без доспехов. Прочие каторжники опускались на камень, многие прямо распластывались на нем, будто пытаясь слиться воедино с гранитом.

Выждав еще немного, я убедился, что огромная решетчатая конструкция окончательно опустела, ее покинул последний гном – хромающий на обе ноги совсем седой старик с трясущейся головой и плечами. Худоба на пределе… видна каждая кость в прорехах лохмотьев.

Около семи десятков. Если и ошибся я, то лишь на три-четыре гнома. Все мужчины. Возраст от подросткового до немыслимо преклонного – похоже, на покой здесь уходят прямиком в свежую могилу на том самом придорожном кладбище, что мы миновали по пути сюда. Да уж… трудно представить насколько безрадостной была жизнь гномов, ведь если я прав в своих подсчетах, то многие из них уже с рождения были рабами и при освобождении из кандалов отправились в вырубленную в камне могилу – вот и весь их жизненный путь. Проклятье…

Разложив собранные вещи, я просмотрел их и в досаде скривился, благо никто не мог видеть гримасу на скрытом шлемом лице. Ничего полезного. Абсолютно обычная мелочевка, могущая оказаться в карманах любого. Исключением служили разве что необычные шкатулки, вырезанные из кости или дерева, содержащие внутри застывшие комочки черной с зелеными разводами смолы, со знакомым мускусным запахом. Это и есть одуряющая радость стражников? Хм… случайно подняв взгляд, я увидел, как многие гномы не сводят жадных взоров с предметов у меня на ладони. Двойное проклятье… и они туда же?

Сделав несколько шагов, я бросил весь бесполезный хлам в особо глубокую трещину рядом с железной гномьей темницей. Трещина очень глубока, и вполне понятно, почему ее за прошедшие годы не засыпали гранитной крошкой – исходящая оттуда вонь явственно показывала, что это и помойка и сток для отхожего места – стоящие рядом ведра с остатками вонючего содержимого на стенках доказывали это. Да уж… не хочется и думать о том, как гномы мылись. Видит Создатель – не хочется думать. Но придется. Меня интересует ответ на любую пришедшую в мою голову мысль. Не поверю, что тут не было помывок – заросшие грязью рабы быстро подцепят какую-нибудь болячку, заразят других и все скопом сдохнут. Невыгодно. Но что-то не вижу я поблизости бьющих родников или падающих водопадов. Вопрос придется прояснить, иначе он так и будет мучить меня.