Приговоренный к изгнанию

Она еще раз выпустила стрелы, и на этот раз улов оказался богаче предыдущего. Когда Клыкастый, отфыркиваясь, принялся обуваться, Берта вытащила нож и принялась без лишних слов чистить и разделывать рыбу.

Клыкастый исподлобья взглянул на девушку.

– Ты... Слушай, я ведь даже не знал, что ты и командир... Вы ведь?.. Эээ..

Берта медленно подняла на него красноречивый взгляд.

– С рыбой помоги?..

Моргнув, он улыбнулся, кивнул, полез за ножом.

– Говорить не хочешь? Уважаю... – отозвался Клыкастый, принимаясь за чистку добычи. Еще живая рыбина дергала хвостом от каждого рывка неумолимого ножа.

Берта вытерла плечом только что отскочившую и прилипшую к щеке чешуйку, вздохнула.

– Как думаешь, куда его понесло? – спросила девушка.

Клыкастый только плечами пожал."

"– Так и тянет сказать, а демон его знает, но как-то сейчас это очень уж двусмысленно звучит... Я не думаю, чтобы он вызвал Джабира на поединок.

Берта кивнула и продолжила чистить рыбу.

Она выглядела удивительно спокойной, только бледной. Но движения рук были злыми, резкими и точными, словно она вытаскивала внутренности не из будущей пищи, а из ненавистного врага.

– Он вернется, – сказал Клыкастый, наблюдая за ее руками.

Берта снова кивнула, не отвлекаясь от своего занятия.

– Прутьев нарежь? Не в руках же ее нести, – сказала она, устало щурясь на спускающееся за реку солнце. И принялась еще резче сдирать серебристую чешую.

Не в силах больше смотреть на это, Клыкастый поймал Берту за локоть и забрал нож.

– Давай я сам закончу? Ты же щас без рук останешься.

Девушка не возражала. Просто осталась сидеть рядом, наблюдая, как он ловко орудует ножом, насвистывая себе под нос.

– Мне кажется, или ты больше не боишься меня? – неожиданно спросила Берта.

Клыкастый хмыкнул. Он не стал отпираться или переубеждать ее, а только сказал:

– Знаешь... В последнее время я видел столько по-настоящему страшных вещей, что ходячие покойники как-то уже особо не впечатляют. Ну, ходят себе... И ходят.

Берта вдруг рассмеялась.

– Ты всегда такой откровенный?

Тот пожал плечами.

– Я – какой есть. Всегда.

Нанизав рыбу через глаза на гибкие прутья, они принесли ее в лагерь. Там уже горел костер, возле которого приглушенными, но сердитыми голосами что-то обсуждали Бруно с Селиной, чуть поодаль от парочки на подстеленном лапнике валялся Тано, уставившись в небо, а Нокс в одних штанах стоял по колено в воде и полоскал рубаху.

Бруно вдруг отвлекся от разговора и повернул голову к реке.

– Эй, вы слышите?.. – спросил он.

Берта насторожилась.

– Мерещится тебе, – проговорил Клыкастый, нахмурившись. Но спустя пару минут и сам услышал стук конских копыт.

Вскоре на фоне закатной полосы показались два всадника.