Приговоренный к изгнанию

А еще она чем-то неуловимо напоминала маленькую Рут: так же щурилась на свет и от важности смешно вытягивала губы трубочкой...

– И что там у тебя? – спросил он с теплой, мягкой улыбкой. Та сморщила веснушчатый нос, захихикала – и вложила ему в ладонь маленькую глиняную сопелку.

– Я могу ее взять? – спросил Рик, бережно держа сопелку, будто какое-то сокровище. Отец ребенка замер, боясь помешать, и друзья тоже умолкли, с удивлением уставившись на Рика: таких интонаций от него еще не слышал никто. Даже Берта.

– Да! – ответила девочка, и тут же важно добавила. – Но ты для нее слишком старый, – и забрала подарок обратно.

– Ия! – осуждающе окликнул ее отец, но Рик жестом велел ему умолкнуть.

«Вот точно как ты!» – мысленно сказал он Рут, и та тихонько рассмеялась в ответ.

«Скажешь тоже...»

– Ты права, я слишком стар для игрушек, – сказал он, погладив ее по золотистым кудряшкам на затылке. – Но зато я умею творить чудеса.

Рик отвел руку в сторону, и в ней выросла большая прозрачная сосулька. Ребенок от изумления широко открыл и рот и глаза.

– Держи, – сказал Рик, протянув ей «чудо».

Девочка выхватила сосульку – но та выскользнула из рук и разбилась о мостовую. Маленькое личико все мгновенно сморщилось, и слезы хлынули в три ручья.

– Эй-эй, погоди!

Рик тут же создал еще одну, еще больше, чем предыдущая. Плач тут же утих.

– Холодная! – засмеялась девочка, тронув сосульку руками, а не вытертые слезы еще блестели у нее на щеках.

– Давай-ка мы сначала тебя спустим... – Рик, подхватив ребенка одной рукой, бережно и ловко поставил ее на землю. – А теперь держи.

Он отдал ей сосульку, и девочка восхищенно смотрела на свое сокровище: еще бы, настоящая сосулька – и летом! Чудо!

Отъехав немного от семьи гончара, Нокс не удержался и сказал:

– А ты, оказывается, с детьми ладить умеешь?..

Рик усмехнулся.

– У меня было много младших сестер. А эта стрекоза – вообще ну точно как Рут. Все эмоции – на носу...

«Рик!» – смущенно воскликнула сестра.

Нокс грустно улыбнулся.

– Правда?.. Она тоже морщила нос, когда смеялась?

– И когда плакала – тоже, – сказал Рик, устремив немигающий взгляд в свое прошлое. – Дорого бы заплатил, чтобы увидеть еще разок...

– Да, – с чувством отозвался вдруг Нокс и умолк, отвернувшись.

Рик озадаченно взглянул на него, понимая, что вот теперь это точно не случайность.

И тут им навстречу выскочили два всадника, один из которых был стражником, а другой – вооруженным воином в кожаном доспехе.

– Ба! Да это ты, Нокс?! – воскликнул воин, придерживая коня. – Какая встреча! А я-то думаю, что за идиоты приехали к нам в разгар черной пляски!

Рик напрягся, однако Нокс с улыбкой уверенно подъехал к всаднику.

– Здорово, Хитрый. Как сам, как жив? – проговорил он незнакомцу, как старому приятелю.