Великое избавление

Вероятно, и в гостиницу тоже. Если же никто его не видел…

— Остается Тесса, — подхватила она.

— Или другой человек, у которого был мотив. Мотивы могли быть разные.

Дверь открыла Мэдлин Гибсон. Линли пробрался мимо двух детей, сцепившихся в разоренном их постоянными схватками садике, ухитрился не споткнуться о сломанный велосипед и безголовую куклу и даже не вляпался в выброшенную на крыльцо тарелку с яичницей. Хозяйка равнодушным взглядом окинула свой домашний хаос и запахнула изумрудно-зеленый пеньюар на вызывающе торчащей груди. Под халатиком ничего не было, и женщина откровенно давала понять, что посетитель застал ее врасплох.

— Дик! — крикнула она, злобно уставившись на Линли. — Запихай свою штуку в штаны. Это Скотленд-Ярд. — Томно улыбнувшись, женщина пошире распахнула дверь. — Пожалуйте, инспектор. — Она провела его через крошечный холл, заваленный игрушками и грязной одеждой, к подножию лестницы. — Дик! — крикнула она еще раз, обернулась и сложила руки на груди, дерзко глядя на Линли. По лицу ее блуждала улыбка. В складках тонкого атласа мелькало изящное колено и не менее изящное бедро.

Наверху послышалось какое-то движение и недовольное мужское бормотание. Ричард Гибсон вышел на площадку, шумно протопал по лестнице и сердито глянул на жену.

— Господи, да надень же на себя хоть что-нибудь, Мэд! — рявкнул он.

— Пять минут назад тебе этого не требовалось, — съязвила она, усмехаясь в ответ, и двинулась вверх по лестнице, старательно демонстрируя на каждом шагу свое стройное, изящное тело.

Гибсон ошалело смотрел ей вслед.

— Вы бы на нее поглядели, когда ей и впрямь приспичит, — доверительно сообщил он. — Это она просто играет.

— Ах вот как!

Фермер рассмеялся.

— Чем бы дитя ни тешилось, — фыркнул он. — Хоть минута покоя. — И, оглядев привычный беспорядок, предложил: — Пойдемте в сад.

На вкус Линли, садик еще меньше подходил для беседы, чем пропитанный застоявшейся вонью коттедж, однако он молча последовал за хозяином."

"— Пошли к матери! — распорядился Гибсон, едва повернув голову в сторону своих сорванцов. Ногой он передвинул тарелку с яичницей поближе к краю ступеньки, и в тот же миг из зарослей умирающих от жажды кустов явилась тощая кошка и принялась за объедки. Кошка ела жадно и тревожно, как бродяжка. Ее повадка напомнила Линли о Мэдлин, скрывшейся на втором этаже.

— Вчера я видел Роберту, — заговорил он. Ричард присел на ступеньку, старательно завязывая шнурки.

— Как она? Улучшения есть?

— Нет. Когда мы приходили сюда в первый раз, вы нам не сообщили, что вы подписали бумаги для отправки Роберты в психиатрическую клинику.

— А вы не спрашивали, инспектор. — Справившись со шнурками, Ричард поднялся на ноги.