Суженые из другой галактики. Отбор для землянки

Он играл со мной — то нежно покусывая, то заглатывая глубже, и я стонала, цепляясь пальцами за его волосы."

"— Нет, подожди... — попыталась протестовать, но голос дрогнул, выдав мою слабость.

— Тебе не нравится? — он приподнял голову, и в его глазах мелькнула игривая искорка.

Прежде чем я успела ответить, он слегка укусил меня за сосок, и я вздрогнула, отрицательно покачав головой.

— Расслабься, милая, — его голос звучал как бархатный шепот, — и получай удовольствие.

Его губы скользнули ниже по животу, оставляя влажные следы, а руки крепко держали мои бедра, не давая пошевелиться.

— Лейвир... — мое дыхание участилось.

Он не ответил. Вместо этого его пальцы раздвинули мои бедра шире, а губы коснулись самых нежных мест — сначала легким, едва уловимым поцелуем, затем языком, скользящим по складкам, заставляя меня выгибаться.

— О-о-о... — сорвалось с моих губ, когда он нашел клитор и начал ласкать его медленными, уверенными движениями.

Одной рукой он придерживал меня за бедро, а пальцы другой скользнули внутрь, наполняя, растягивая, исследуя. Я схватилась за столешницу, чувствуя, как волны удовольствия накатывают одна за другой. И тогда я почувствовала его лиафрит. Тонкие серебристые нити пробежали по моей коже, сливаясь с моей энергией, усиливая каждое прикосновение. Он чувствовал меня — каждую дрожь, каждое сокращение мышц, и подстраивался под мой ритм, доводя до безумия.

— Ты такая тугая... — прошептал он мне между ног, и его горячее дыхание заставило меня содрогнуться.

Я уже не могла думать. Только чувствовала — его язык, его пальцы, его лиафрит, пульсирующий внутри меня.

— Я... я... — слова превратились в бессвязный стон, когда оргазм накрыл меня с головой.

Мое тело выгнулось, ноги сомкнулись вокруг его головы, а пальцы вцепились в столешницу, будто пытаясь удержаться в этом мире. Волны наслаждения били одна за другой, не останавливаясь, пока я не рухнула на стол, дрожащая и покорная. Лейвир медленно поднялся, его губы блестели, а в глазах читалось довольство.

— Вот так лучше, — прошептал он, целуя мое колено, затем бедро, живот.

Я лежала, раскинувшись на столе, едва переводя дыхание. Кожа горела, щеки пылали, а сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот вырвется из груди. Лейвир, усмехнувшись, опустил меня на ноги. Завязав пояс на халате, проводил до барной стойки. Затем спокойно вернулся к плите, будто только что не сводил меня с ума на кухонной столешнице.

— Ты... — я попыталась сесть, но ноги дрожали.

— Садись, — улыбнулся он мягко, но глаза все еще горели неудовлетворенным голодом. — Я подаю завтрак.

Я покраснела еще сильнее, но послушалась.

***

Парни пришли раньше, чем я ожидала. Как раз, когда завтрак был почти готов.