Последний реанорец. Том IX

Потеха будет славная…

До закрытия оставались считанные мгновения, поэтому внутри огромного храма почт никого не было, кроме одного сгорбившегося служителя, который стоял на одном колене перед алтарем, а вечерняя молитва патриарха Александра почти в аналогичной дню манере подходила к своему финалу.

Глаза пожилого мужчины были крепко закрыты. Губы церковника за долгие годы самопроизвольно шептали нужные слова, а едкий свет, что просачивался сквозь его ауру, подобно осенним листьям опадал на мраморный пол и очень медленно тлел.

‒ О свет господень. Дай мне силы одолеть и искоренить зло, дай…

Вот только в следующий момент случилось то, что заставило патриарха остановиться и пораженно замереть. Потому как в этот самый момент до него донесся быстрый бег, а следом взволнованный, но наполненный вселенской радостью женский вопль:

‒ Ваше святейшество, я здесь! Я вернулась!

Церковник за долю мгновения оказался на ногах, обернулся назад и тотчас встретился взглядом с коленопреклонённой светозарной, которая не переставала целовать ему руки. С двух разных боков в тот же момент вспыхнуло два силуэта, но миг спустя они стремительно испарились, когда поняли, что безопасности старика ничего не угрожает.

‒ Ваше святейшество, клянусь вам, я ничего ему не рассказала. Ничего! Я не предавала вас…

‒ Ульяна? ‒ изумлённо прошептал Александр. ‒ Как ты здесь оказал…

И ответ последовал незамедлительно. Двери храма внезапно тихо скрипнули и громко захлопнулись, два верных апостола вынырнули из-под световых миражей и шагнули вперед, попутно с этим ауры их полыхнули мощным светом, а в руках сформировались клинки из едкого белого пламени.

‒ Удивлены, патриарх? ‒ с ленцой поинтересовался Лазарев, который вальяжно вышагивал навстречу светозарным.

‒ Ничуть, сын мой! ‒ бесстрастно отозвался старик, в мгновение ока приходя в себя. ‒ Вижу ты взялся за ум и пришел покаяться?! Ты поступил верно. Я готов принять твоё поражение. Все мы ошибаемся.

‒ За ум? Покаяться? Поражение? ‒ вдруг тихо рассмеялся Палач Империи, а после отрицательно покачал головой. ‒ Вовсе нет. Вы знатный шутник, как я посмотрю. Просто решил сделать подарок напоследок. По воле вашего святейшества, так уж вышло, что в Царицыне я согрешил, когда перерезал тот никчемный скот, что пришел за жизнями моих людей и альвов. И боюсь совсем скоро, ‒ добавил вдруг князь с холодной и отчужденной усмешкой на губах, глядя в глаза патриарха, ‒ согрешу еще сильнее…

Глава 16. Долг, который красен кровавым платежом...

‒ О чем ты лопочешь, сын мой? ‒ со снисходительной рожей отозвался церковник, искоса поглядывая на двух светозарных впереди себя и следуя вперед, пока Ульяна семенила за ним по пятам.