Север и Юг

— Моя теория заключается в том, что интересы производства совпадают с интересами людей и наоборот. Знаю, что мисс Хейл не нравится, когда тех, кто трудится на фабриках, называют рабочей силой, поэтому не стану использовать это выражение, хотя оно и придумано не мной. Когда-нибудь — в будущем тысячелетии, в Утопии — подобное единство может возникнуть. Это я признаю точно так же, как и то, что республика может оказаться самой совершенной формой правления.

— Как только закончим читать Гомера, возьмемся за «Республику» Платона.

— Что ж, если взять за основу точку зрения Платона, может показаться, что все мы — мужчины, женщины и дети — готовы принять республику, но при современном уровне развития морали и сознания мне предпочтительнее конституционная монархия. В раннем детстве нами способен руководить лишь мудрый деспотизм, а вот потом, повзрослев и поумнев, мы начинаем ценить непреложные законы твердой, но спокойной власти. Я согласен с мисс Хейл в том, что наши рабочие застыли в детском состоянии, однако категорически отрицаю, что в их отсталости виноваты хозяева фабрик. Не сомневаюсь, что лучшая форма правления в данном случае — это деспотизм. В часы своего общения с подчиненными я должен выступать в роли диктатора и при этом пользоваться высшей свободой как от мелочного жульничества, так и от сомнительной склонности к благотворительным порывам, так распространенной на севере. Я должен принимать мудрые законы и справедливые решения в интересах своего бизнеса, то есть выгодные в первую очередь мне самому, а во вторую — рабочим, однако никто не имеет права принуждать меня к объяснению своих действий или отмене решений. Пусть рабочие бастуют, пусть пострадают и мои интересы, но в конце концов они поймут, что я не сдался и не отступил ни на шаг.

Маргарет к моменту окончания этой пламенной речи уже вернулась в комнату и снова села за вышивку, но ответил гостю мистер Хейл:

— Возможно, вы сочтете меня невеждой, но все же осмелюсь заметить, что массы уже достигли того беспокойного возраста, который отделяет детство от зрелости. В жизни общества это происходит точно так же, как в жизни отдельного человека. Главная ошибка, совершаемая многими родителями по отношению к своим чадам, заключается в требовании того же слепого повиновения, что и в раннем возрасте, когда приходилось исполнять простые распоряжения вроде «подойди, если тебя зовут» и «делай так, как велят». Однако мудрый родитель поддерживает стремление юноши к независимому поведению, чтобы по окончании абсолютной власти остаться другом и советчиком. Если мои рассуждения ошибочны, то вспомните, что аналогию предложили вы.