Север и Юг

Джон шагнул было к матери в страстном порыве возразить, защитить, но остановился. Очевидное усилие, с которым сын сохранил спокойствие, поразило миссис Торнтон. Она не совсем ясно понимала природу чувств, которые сама разбудила. Не оставлял сомнений лишь запредельный накал. Был ли это гнев? Глаза пылали, грудь вздымалась, дыхание вырывалось быстро и неровно. Радость, гнев, гордость, счастливое удивление, болезненное сомнение — все эти эмоции захватили сына одновременно, но мать не смогла их распознать, хотя и встревожилась: непонятные или неоцененные душевные движения всегда приводят очевидцев в замешательство.

Пытаясь скрыть душевное волнение, миссис Торнтон подошла к буфету, выдвинула ящик и, достав тряпку, которую хранила там на всякий случай, направилась к дивану, чтобы стереть с полированной ручки каплю одеколона, простояв спиной к сыну гораздо дольше, чем было необходимо. А когда, наконец, заговорила, голос ее звучал сдавленно и глухо.

— Полагаю, ты уже предпринял какие-то меры против бунтовщиков? Не опасаешься новых выступлений? Где была полиция? Когда нужно, ее никогда нет рядом!

— Напротив, когда ворота упали, я увидел, как несколько полицейских доблестно пытаются сдержать толпу. А когда забастовщики уходили, подоспело подкрепление. Не сообразил сразу передать нескольких особо буйных молодцов в руки закона, но ничего: найти их не составит труда, да и свидетелей хватает.

— Надеюсь, они не повторят попытки?

— Через полчаса у меня встреча в управлении полиции с капитаном Ханбери: намерен обеспечить надежную охрану.

— Чай! Да, было бы неплохо. Сейчас уже половина седьмого, а вернусь не скоро, так что ложитесь, не дожидайся меня.

— Полагаешь, я смогу уснуть, не убедившись, что с тобой все в порядке?

— Не волнуйся, ничего не случится. — Торнтон на миг задумался, словно сомневаясь, говорить ли. — Если выкрою время, то после разговора в полиции и встречи с Хампером и Кларксоном загляну в Крамптон.

Взгляды встретились, и некоторое время мать и сын смотрели друг на друга в упор. Миссис Торнтон заговорила первой:

— Зачем тебе понадобилось ехать в Крамптон?

— Чтобы узнать, как чувствует себя мисс Хейл.

— Я пошлю Уильямса: отвезет водяной матрац, за которым она приходила, а заодно справится и о здоровье.

— Я должен поехать сам.

— Но не только для того, чтобы узнать, не болит ли у нее голова?

— Нет, не только. Хочу поблагодарить мисс Хейл за то, что мужественно встала между мной и толпой.