Вернуть истинную

Теперь боль в теле кажется менее реальной, чем та, что разрывает мечущееся в переживаниях сердце.

Запускаю пальцы в волосы и с силой их оттягиваю, стараясь заглушить отчаяние. Золотинка лишь тяжко безмолвно вздыхает. Слов утешения нет ни у одной, потому что даже то, где мы находимся, нам неизвестно.

— Пришла в себя? — разрезает тишину негромкий вкрадчивый голос.

Вздрагиваю от побежавших по коже мурашек и, вглядевшись в темноту, сталкиваюсь с мерцающими ярко-синими глазами двуликого.

— Альфа Лин? — выдыхаю непослушными губами. — Ты тут…

Не могу поверить, что вижу его перед собой. Живого, здорового, безумно-красивого.

Даже Золотинка оживает, приподнимается и поскуливает, стараясь докричаться до второй ипостаси двуликого. Дать знать волку, что вот она, его истинная, сидит совсем рядом и ждет помощи.

Делаю глубокий вдох, чтобы убедиться, что зрение меня не подводит, и носа касается божественно-манящий аромат. Да, ошибки быть не может.

Это ОН.

— Вы, человечка, — не очень культурно перебивает меня оборотень.

Присматриваюсь к нему внимательнее, гася улыбку, что уже коснулась глаз и почти переползла на губы.

А ведь он мне не рад.

Делаю вывод.

Однозначно.

Вторит Золотинка.

Глаза альфы слегка прищурены, острые скулы четко очерчены и даже аккуратная бородка не скрывает перекатывающихся желваков. Сдвинутые к переносице густые брови, плотно сжатые губы, задранный подбородок, широко расставленные ноги и скрещенные на груди руки. Всё сигнализирует о том, что ко мне пришли не с распростёртыми объятиями.

Хотя, логично. Это я в камере, а он-то на свободе.

— Что, простите? — сглотнув пересохшим горлом, решаю предпринять новую попытку наладить контакт.

Мне очень многое от него нужно. В первую очередь узнать про девочек и Куфина, а затем уже и попросить более приземлённых вещей: воды и таблетки от головной боли. Да и выйти из клетки очень хочется.

Не понимаю: зачем меня-то здесь держат? Я же не преступница.

Обязательно нужно во всем разобраться."

"— Ко мне ты должна обращаться на «Вы» и никак иначе. Мы не люди и не приемлем панибратских отношений с не пойми кем. Понимаешь? — следует подробный ответ.

Я же дергаю рукой с браслетом, отчего цепь со звоном проезжает по полу, и, мысленно закатывая глаза, жалуюсь Золотинке.

Наладить контакт будет сложно.

Не то слово. Он меня не чувствует. Совершенно.

Соглашается она, недовольно фыркая.

Ну, раз с дружбой напряженка…

Прикусываю губу и тоже прищуриваюсь.

— Поняла, альфа Лин, буду обращаться к Вам, как требуют приличия, — слегка откашливаюсь, так как в горле печет, и продолжаю. — Тогда и Вас попрошу об ответной услуге: называть меня по имени. Я — Анила, а не безымянная человечка. Учительница из деревушки на юге между Краевым и Суримом.