Сбежать от истинного. (Не)Желанная невеста

Они с любопытством косились на нас, но, встретившись взглядом с хмурым капитаном, тут же отводили глаза и ускоряли шаг.

Вблизи Башня солнечных сфер была ещё выше и массивнее, чем казалась издалека. Её стены были украшены затейливой резьбой и барельефами, а над массивными дубовыми дверьми красовалась искусно выполненная мозаика, складывающаяся в герб академии – золотой кадуцей на лазурном фоне.

Как только мы переступили через порог, у меня перехватило дыхание. Внутри башня оказалась полой, и кроме бесконечных ступеней, ведущих вверх по спирали, ничего не было. Только в самом конце лестницы светился слабый зеленоватый огонёк.

– Ненавижу это место, – мрачно буркнул Вильям Кид, задрав голову и оценивая предстоящий подъём.

Его голос гулким эхом разнёсся от каменных стен башни.

– Ну что ж, – хмыкнул он, поправляя съехавшую на бок треуголку. – Придётся идти.

Капитан перехватил из моих рук коробку с крыльями стрекозы и, тихо ворча себе под нос, ступил на первую ступеньку.

Шаг за шагом, ступенька за ступенькой мы поднимались все выше и выше, изредка делая остановки, чтобы передохнуть и собраться с силами. Эта эскапада порядком меня утомила, но я не смела проявлять какое-либо недовольство. Ведь от этого зависело моё будущее. Ради того, чтобы обучиться магии, я была готова преодолеть и не такое.

К тому же… Я опоила жениха сонным зельем, вырвала из Домовой книги записи о нашем бракосочетании, сбежала от своих родителей, подожгла корабль – после всего этого преодолеть несколько сотен ступенек казалось плёвым делом!

– И как хорошо вы знакомы с ректором? – поинтересовалась я у капитана, чтобы хоть как-то скрасить монотонность подъёма и гнетущую тишину.

– Довольно давно, – запыхаясь ответил мужчина, на миг остановившись и опершись рукой о стену. – Мы с ней в какой-то степени – семья. Она замужем за моим сводным братом.

– Сводным братом… – задумчиво промямлила я, переваривая услышанное.

В памяти невольно всплыл Фрэнсис. Его тайный разговор возле часовни с незнакомцем. Интересно, о каких таких важных бумагах они говорили?

– Мы с братом тоже сбежали из дома, – мрачно усмехнулся капитан, вытягивая меня из омута воспоминаний. – Ещё в детстве. Отец жестоко издевался над нами.

– Мне очень жаль, – сочувственно прошептала я.

– Пустое, – отмахнулся Вильям Кид, продолжая упорно шагать вверх. – Столько лет прошло. Но я ни о чём не жалею! Видимо, так нам уготовили боги. Поэтому я сразу понял, что ты врёшь насчёт матери. Глаза никогда не обманут, в них всегда видна истинная боль.

– Я не могла поступить иначе. Моя гордость… – я вздохнула, – моя гордость просто не позволила мне остаться там и смириться.

– Понимаю, – хмыкнул капитан, бросив на меня многозначительный взгляд через плечо.