Испытание (СИ)

Тетя Лида сидела с ней почти все время, дядя Слава ее иногда сменял, пожилой мужчина в первый день плакал не скрываясь. От радости, что девочка жива, что нашлась. Чудо какое-то. Они ж ее могилку уже обустроили, цветочки посадили. Очень было тоскливо на старости лет мучиться чувством вины. Все переживая, вот если бы не уехали, вот может ничего и не случилось бы... Теперь он с нее глаз не спустит, пока замуж не выдаст.

На второй день набежали подружки-однокурсницы. Ахали, поражались, рассказывали про то, как начало учебного года прошло, приколы разные вспоминали с летней практики. Кто где напился, кто с кем переспал, кто даже, заметьте, даже (!) самого Малявина по пьяни в постель затащил. Но про Малявина все на уровне сплетен.

Саша механически улыбалась, где надо вставляла реплики. Пока девчонки сидели с ней, оживлялась. Уходили - безропотно выполняла все указания врачей, даже стала лучше выглядеть, но только внутри царила пустота, в которой метался поисковой лучик сознания, ища, за что бы зацепиться. И не находил. Не на что было опереться. Откуда? Откуда эти сны? Она не знала. А потому полностью ушла в себя. Слишком была полна тем, чего, как оказалось, не было на самом деле.

Тетка видела, ее состояние, и как только девочка немного пришла в норму, настояла, чтобы ее выписали. Особых причин удерживать Сашу в стационаре не было, а потому через четыре дня Лидия Ивановна забрала племянницу домой. Надеялась, что в домашней обстановке Саша отойдет, молодая же. Да и в институт надо. Занятия начались, но еще не поздно, она нагонит. Ничего страшного. А там друзья, подружки, там она быстро придет в норму.

И ведь действительно, то, что в обычной жизни нам кажется унылой рутиной, в Сашином состоянии оказалось спасением.

К занятиям ее допустили без вопросов. Во-первых, три недели опоздания, не такой уж большой срок, опять же, она по уважительной причине. А во-вторых, Саша была очень способной, успеваемость у нее стабильно была высокая, может, не на красный диплом шла, но почти все пятерки. А практику как-нибудь потом нагонит, а если не нагонит, тоже не особо страшно. Зачет ей уже поставили. Декан Малявин даже жалел, что девочка на реставратора уйдет, объемщик из нее мог получиться замечательный. Сам он был скорее планировщик, бредил городами будущего, но и объемщик тоже сильный. Талант, одним словом. Пятый курс очень важный, он забрал ее к себе в группу.

Потекли дни, заполненные до упора. Пары, лекции, немного отдушины - занятия рисунком. Но это уже факультативно, по желанию. Желание рисовать у нее было, на удивление, стали потрясающе выходить портреты. Двухчасовые карандашные рисунки, получасовые наброски. Раньше она редко портретом занималась, а теперь...