Исповедь на краю

Его лицо было напряженным и гневным. В нем нарастала страшная, неуправляемая, глухая сила, от которой она уже бежала когда-то. Его голос оставался еще ровным.

– Ну, рассказывай дальше. Как ты трахалась с этим Джоном. С другими Джонами… У трех вокзалов с алкашами сношаются б…и, а в Париже с миллионерами модели. Так ведь, девочка моя любимая?

– Не смей со мной так разговаривать. – Губы Наташи дрожали, на глаза навернулись слезы. – Ты не имеешь права.

– Ну, откуда же у меня права. У придурка нищего, сына дворничихи. А что, в Москве не нашлось Джона, чтоб тебя ублажать?

– Андрей! Замолчи! – закричала в ужасе Наташа. – Я хочу уехать отсюда.

– Ну конечно. О чем тебе со мной разговаривать. Только я еще не заплатил за удовольствие.

Андрей сильно сжал Наташино хрупкое плечо и занес другую руку для удара. Они оба поняли в этот миг, что он ударит ее не один раз. Андрей не сможет остановиться. Наташа смотрела на него, не дыша, огромными глазами на бескровном лице. Никто, кроме него, не знал, какого усилия стоило ему опустить руку. Андрей почувствовал тяжелую усталость, полное отупение, бесконечное отчаяние. Они молча вернулись в спальню, оделись, спустились к машине. Молча ехали по ночному поселку. Она вдруг заметила, что в окнах деревянного дома на отшибе как-то странно мелькает огонь.

– Андрей, это пожар!

Он не остановился, не повернул головы. Наташа вцепилась ему в руку.

– Давай туда подъедем, там могут быть люди.

Андрей молча повиновался. Когда они подъехали к участку и вышли из машины, в одном из окон взметнулось яркое пламя, а из глубины дома раздался детский плач.

– Я возьму мобильник в машине. – Наташа бросилась за сумочкой. Дрожащими руками схватила телефон и стала набирать «01». Она, как смогла, объяснила дежурному, где горит, вернулась к Андрею, но его на прежнем месте не было. Зазвенело стекло, он появился в клубах дыма и бросил через подоконник на снег большой сверток. «Оттащи его подальше». Андрей скрылся, Наташа наклонилась над свертком и увидела, что это ребенок. Живой, выпачканный сажей ребенок, который открывает рот, но не может закричать от потрясения.

* * *"

"Славе Земцову позвонили поздно ночью из местного отделения милиции. «Горит дом, за которым вы просили присмотреть. Упустили. Пожарные на месте. В доме оказались дети. Взрослых нет. Какой-то мужик бросился в огонь. Вытащил нескольких. Сам сильно обгорел. Одного парнишку не спасли».

Когда Слава приехал на место пожара, огонь уже потушили, машины «Скорой помощи» увозили пострадавших. У забора стоял вишневый «Опель», рядом с ним – заплаканная девушка.

– Это ваш спутник спасал детей? – спросил Слава.

– Да. Андрей Зимин. Мы возвращались, а тут… Его увезли, врачи сказали: состояние крайне тяжелое.