Искусство притворства

Тем более что Илиос в последнее время стал обращаться с ней очень холодно. Он почти не смотрел на нее, не разговаривал и не дотрагивался до нее.

Еда в ресторане — традиционные греческие блюда — была изумительной, а соус, подаваемый к рыбе и мясу, казался настолько восхитительным, что от одного его вида и запаха у людей текли слюнки. Но у Лиззи не было никакого аппетита. Она была слишком несчастной. Может быть, ее постоянная усталость — симптом горя, которое терзало ее? Не поэтому ли ей все время хотелось закрыть глаза и отрешиться от реальности?

Стоило ей лишь вспомнить, как резко Илиос с ней разговаривал, как холодно отворачивался от нее, — и на глаза ее мгновенно наворачивались слезы, а горло сжималось от боли. Она реагировала так, будто была девочкой-подростком, на которую действовали гормоны, а не взрослой женщиной.

Лиззи с завистью смотрела на то, как Ариадна и ее муж пошли танцевать на небольшой танцпол. Какое это было счастье — находиться в руках мужчины, которого ты любишь, и сдержанно, с гордостью, демонстрировать окружающим свою любовь к нему! Тело Лиззи задрожало под наплывом охвативших ее чувств.

Константиносы вернулись за столик. Ставрос заказал еще одну бутылку вина. Лиззи отрицательно покачала головой, когда официант подошел к ней, желая наполнить ее бокал. Остальные стали пить вино, потом Ариадна встала и спросила Лиззи, не хочет ли она пойти вместе с ней в комнату для дам.

Кивнув, Лиззи встала. Все лучше, чем сидеть рядом с Илиосом, зная о том, как жаждет он избавиться от нее.

Оказавшись в дамской комнате, Лиззи почувствовала новый приступ усталости и, не сдержавшись, зевнула. Ариадна заметила ее зевок, и Лиззи извинилась перед ней, надеясь на то, что она не сочтет ее дурно воспитанной.

— Не волнуйся, — ответила Ариадна. — Я понимаю. У меня было то же самое, когда я в первый раз забеременела. Я думала, что по утрам меня будет тошнить, но этого не было, зато я постоянно хотела спать.

Беременна?!

Туалетная комната закружилась вокруг нее, и Лиззи пришлось ухватиться за край раковины.

Ариадна, явно испугавшись, кинулась к ней.

— Со мной все в порядке, — уверила ее Лиззи. — Просто я не думала…

Она запнулась, и Ариадна воскликнула:

— О! Ты, наверное, и не догадывалась, что беременна? Я первая сказала тебе об этом. Не волнуйся, я не скажу никому ни слова, даже Ставросу. — Она успокаивающе пожала руку Лиззи, затем предложила: — Если хочешь, я дам тебе телефон моего врача. Он очень хороший специалист.

— Ты очень добра, но… но я не думаю, что это беременность, — солгала Лиззи.

Она пребывала в шоке, пытаясь осмыслить ситуацию. На глаза наворачивались слезы отчаяния, а в душе росла радость.