Искусство притворства

Целуя и обнимая ее, Илиос почувствовал, что желание вспыхнуло в нем как огонь и мгновенно воспламенило его сердце и кровь.

Обняв ладонью ее маленькую упругую грудь, он понял, что она создана специально для него, а сосок ее мгновенно напрягся, словно только и ожидал его прикосновения. Тело Лиззи призывно изогнулось, умоляя его овладеть им поскорей, словно говоря о том, что оно возбудилась только для него, что они созданы друг для друга…

Почему это легкое прикосновение отняло у него разум и волю, лишив его способности сопротивляться?

Илиос беспокойно дернулся. Обхватив руками лицо Лиззи, он стал целовать ее губы, и постепенно к нему вернулось осознание того, что он отвечает за все, что происходит. Отвечает за них обоих — и этой ответственностью он один раз уже пренебрег…

Порывисто отвечая на его поцелуи, Лиззи задыхалась от восторга и наслаждения. Неужели любовь к Илиосу так обострила ее ощущения? Другого объяснения быть не могло: такое глубокое ощущение близости она испытывала только к нему. Она тихо застонала от наслаждения, когда Илиос склонился над ней, отзываясь на желание, разрывавшее ее изнутри.

Разве могло чье-то прикосновение пробудить в нем такую страсть, что он сломался под ее натиском — потерял голову, утратив способность владеть собой? Ему хотелось, чтобы Лиззи ласкала его так всегда. Ласкала его всего, каждый уголок его тела. Он хотел… И будто гром вдруг грянул среди ясного неба. И первая капля дождя упала на туманную землю. Мысли Илиоса лихорадочно запрыгали, когда он осознал опасность, грозившую ему. Он не мог, не должен был позволить себе чувствовать это! Это противоречило его жизненной позиции, всем его планам."

"Илиос резко оторвался от Лиззи, встал и ушел, без всяких объяснений, даже не взглянув на нее.

Она осталась лежать в кровати одна. На той кровати, которая только что была местом их горячей страсти, но теперь стала местом жестокой реальности и пустоты.

Скорчившись от боли, Лиззи сжала зубы, чтобы не закричать. Отчаяние жгло ее горло. Но что она ожидала? Что случится невозможное и Илиос скажет, что любит ее? Ей уже двадцать семь, а не семнадцать! Перед глазами у нее был пример младшей сестры Руби, которая верила в то, что любовь ее может изменить мужчину, что в нем возникнет ответная любовь. В результате Руби пришлось жестоко расплатиться за свои глупые мечты.

Илиос не любил ее. И он дал ей ясно это понять. Он отшатнулся от нее и взглянул на нее с таким гневом, что ей не нужно было никаких слов.

Глава 15

Лиззи с трудом подавила зевок. Она боялась, что просто уснет за обедом.

Теперь она уже жалела о том, что согласилась на предложение Ариадны Константинос пообедать вчетвером в новом ресторане, о котором слышала много восторженных отзывов.