Сладкое искушение

Если она была его любовницей, они могли говорить об этом.

Я стряхнул с себя хватку Фаро. Новая волна ярости и отчаяния поднялась во мне.

— Мне нужно проверить, как она там.

— Кассио, — сказал Фаро, сжимая мое плечо. — Даже если ты не убьешь ее, ты больше не сможешь ей доверять. Твой брак закончился.

Я ничего не сказал, только поднялся по лестнице. Я нашел Гайю и доктора в ее спальне. Она лежала в постели, словно одурманенная наркотиками. Доктор был весь в поту, а на лбу у него красовалась припухлость.

— Она сопротивлялась. Пришлось усыпить ее и положить в постель. Иначе она причинила бы боль себе и ребенку, — доктор Сэл осмотрел мою окровавленную одежду. — Может, мне проверить ваши раны?

— С ребенком все в порядке? — спросил я с порога, не в силах войти, подойти ближе к моей жене и кровати, в которой она меня предала.

— Да. Конечно, это не идеально, что я должен был успокоить ее лекарствами. Если она все еще будет в такой истерике, когда проснется, нам придется ее сдерживать. Я не могу продолжать давать ей успокоительные в ее состоянии.

— Можем ли мы достать ребенка сейчас?

Сэл отрицательно покачал головой.

— Теоретически. Но мы должны дать еще две-три недели, по крайней мере.

Как я могу быть уверен, что ребенок в безопасности? Мне придется следить за Гайей круглосуточно и надеяться, что она переживет смерть Андреа. Я знал, что был глупцом, надеясь, что она справиться. И действительно, на что я мог надеяться в этот момент? Что мы будем жить под одной крышей, ненавидя друг друга? Гайя проводила каждую свободную минуту, желая моей жестокой смерти, а я каждый вздох, обижаясь на нее за то, что она сделала. Этот брак был мертв. Так было с самого начала.

— Оставайся с ней, — сказал я. Я вышел и направился в хозяйскую спальню, где быстро принял душ и оделся, прежде чем отправиться в комнату Даниэле.

Он заснул, свернувшись калачиком на своей стороне кровати. Я медленно подошел к нему и опустился на пол. Я погладил его по непослушным волосам. Он был похож на Гайю. Именно это все и говорили с самого начала. Ее карие глаза и темно-русые волосы, даже черты лица. У него не было ничего от меня. У моих сестер и матери был такой же темно-русый цвет волос, поэтому я предположил, что он унаследовал его от них. Я закрыл глаза. Андреа и Гайя были очень похожи внешне. Если Андреа являлся отцом Даниэле, это объясняло, почему он ничего не знал обо мне.

Острая боль пронзила мою грудь. Я посмотрел на маленького мальчика, которого любил больше всего на свете. Я никогда не любил Гайю, даже ради нее самой. Я уважал ее и заботился о ней, потому что она подарила мне самый чистый дар в мире: ребенка.

Я резко встал. В коридоре послышались голоса, один из которых принадлежал отцу.