Искупление варвара

У Вэктала, такого свирепого охотника, есть маленькая дочь, которую нужно крепко прижимать к себе, дочь такого же темно-синего цвета, как и он, с такими же глазами и странными вьющимися волосами, как у ее матери. Я хочу дочерей. Я хочу сыновей. Я хочу себе пару.

Я хочу семью. Я так устал быть один.

— Я знаю, ты злишься, — говорю я ему, сжимая кулаки по бокам, чтобы говорить недостаточно громко, чтобы не напугать Тали. — Но нет ничего, чего я хотел бы больше, чем того, что есть у тебя. Я хочу пару и комплект у своего собственного очага. Я…

— Я понимаю, — перебивает Вэктал.

Нет. Он никогда не поймет.

— Ты не понимаешь, — яростно говорю я. — Ты спарился с первой человеческой женщиной, которую увидел. А потом и Пашов, и Зэннек, и Рáхош, и все остальные. А потом пришли еще женщины, и снова я наблюдал, как другие исполняют заветное желание, а сам ничего не получал. Так что пока ты не узнаешь, каково это — наблюдать, как самка за самкой спариваются с другими охотниками, пока ты один, ты не поймешь.

Вэктал просто качает головой, глядя на меня с жалостью в глазах.

— И это может повториться снова.

Болезненный спазм в животе подсказывает мне, что он прав. И снова другие найдут себе пару, в то время как я буду стоять в стороне и наблюдать.

— Я знаю, что холодно, — оживленно говорит Джорджи, опуская дочь на каменный пол. — Но я обещаю вам, что со временем все станет лучше. А когда у вас появится вошь, вы даже не заметите холода. — Она замолкает, задумавшись. — Ну, только если совсем немного.

Я беру толстый мех, который она протягивает мне, и плотно укутываю им свое дрожащее тело. Мне кажется, что это не имеет большого значения, поэтому я возвращаюсь поближе к ревущему огню.

Остальные четыре женщины и я находимся в каменной хижине в странной маленькой деревушке, в которой живут эти люди. Когда я услышала слово «хижина», я ожидала увидеть что-то чрезвычайно примитивное и сделанное из глины. Это не совсем так, но и не совсем «Ритц». Стены сделаны из камня, потолок чем-то похож на вигвам, чтобы выпускать дым от костра. Интерьер больше, чем я себе представляла, размером примерно с земную спальню, а пол каменный. Там есть укромный уголок с туалетом, длинная барная стойка вдоль задней стены, которая служит кухонным столом, и меховые подстилки на полу. На самом деле все не так уж плохо. Учитывая, что последние несколько лет я жила в клетках, мне это нравится. Воздух свежий, и я могу стоять совершенно прямо, так что я счастлива.

Остальные не так счастливы, как я. Все еще есть слезы и много беспокойства, независимо от того, сколько Джорджи и другие женщины уверяют нас, что мы в безопасности и никто не собирается нами владеть.