Изгнанница. Искра Императора

Она не удивилась!

Какой глазастый!

Не поднимаясь с пола — так наши с мальчиком глаза были на одном уровне, я взяла его маленькие ладони в свои руки.

— Тем не менее я не имею права ей пользоваться. Если кто-то узнает…

— Вас накажут? — подсказал Пит.

— Хуже, — вздохнула я. — У меня ее заберут раньше времени, и я больше не смогу никого защитить. Поэтому, пожалуйста, никому не рассказывай о случившемся. Совсем никому.

Я успела узнать Пита, можно было не удивляться, что на следующий день о моем секрете будет знать весь Лавуаль. Меня еще и героиней выставят, но это будет означать, что я солгала мужу, чему он точно не обрадуется, когда до него долетят подобные новости.

Глаза мальчика расширились, он растерянно закусил губу. Кажется, мне удалось найти правильные слова, потому что после недолгих раздумий он все-таки кивнул.

— Я никому не расскажу, Альви, — пообещал Пит, клятвенно приложив ладошку к груди. — Ни в приюте, ни в Лавуале.

Правда, он тут же посмотрел на Жульену и забавно скривился:

— Но что делать с ней? Добьем ее?

— Ни в коем случае, — серьезно отрезала я, несмотря даже на то, что это была шутка. — Чему вас учат в приюте?

— Поддерживать друг друга, — без запинки ответил ребенок.

— Вот и поддержи меня, — попросила я.

— Только если расскажете, что еще умеете, — решил поторговаться этот мелкий шантажист.

Доктор Вайт прибыл в течение часа, за это время не без помощи лакеев мы успели перетащить Жульену в ее комнату. В отличие от остальных слуг, живущих на последнем этаже, повариха обитала в спальне на первом, неподалеку от кухни. Впрочем, на этом бонусы и заканчивались — ее комната была достаточно скромной. Конечно же, прибежал Беркинсон, конечно, весть о травме поварихи разнеслась по всему замку быстрее пожара. Дворецкий только успевал отваживать любителей пробежать мимо по коридору.

Доктор подтвердил, что у поварихи сотрясение. Но в этом мире магия была не для красного словца, поэтому Вайт сделал все, чтобы Жульена как можно скорее пришла в себя. Только, стоило поварихе очнуться, как она отыскала меня взглядом и зло выплюнула:

— Это все из-за нее!"

"Если у меня и была надежда на то, что Жульена что-то не увидела или не поняла, то она растаяла как снег на солнце. Повариха принялась обвинять меня во всем, подняла такой крик, что доктору Вайту пришлось дать ей успокоительное зелье, полезное для сердца и нервов. Жульена уснула, а вот Беркинсон долго расспрашивал нас о том, что случилось. Меня, Ханну и Пита. Мы все подтвердили одну и ту же историю: Жульена замахнулась на мальчика, прибежали мы с Ханной, повариха на нас отвлеклась и оступилась, а потом ей прилетело половником.

— И вы не использовали магию, госпожа Эрхольд, — с ударением на слово «магия» поинтересовался дворецкий.