Ирландская роза

Почему бы ему сейчас не насладиться этим прекрасным телом? В конце концов, Кэтрин же согласилась быть ему, Хью, настоящей женой!

Он потянулся к пышной соблазнительной груди Кэтрин. Но тут в голове у него пронеслась страшная мысль, и рука его замерла в воздухе, едва не коснувшись большого темного соска. Будет ли стоить это мимолетное удовольствие того, чтобы потом всю оставшуюся жизнь выслушивать горькие упреки жены?! Ведь она до гробовой доски будет считать его человеком без чести и совести!

Нет! Хью ужаснулся и быстро отдернул руку. Ради будущего мира в семье он должен побороть сейчас свою плотскую страсть.

«Неутоленное желание еще никого не убило, – уговаривал себя Хью. – Оно может только замучить до полусмерти, но не убить».

И чтобы положить конец этой пытке, он выскользнул из постели и скрылся в собственной спальне.

Кэтрин беспокойно пошевелилась в полусне и инстинктивно поискала на огромном ложе человека, который согревал ее ночью. Затем женщина открыла глаза и обнаружила, что она одна.

Неожиданно дверь распахнулась, и Кэтрин испуганно вздрогнула. На пороге появилась Полли и бросила на нее понимающий взгляд.

– Я приготовила вам ванну в комнате лорда О'Нейла, – объявила девушка.

– А где м-мой… лорд О'Нейл? – спросила Кэтрин, стараясь говорить как можно более небрежно."

"– Он играет в саду с Мев в кавалера и даму, – губы Полли насмешливо изогнулись, когда она услышала, как официально назвала ее госпожа своего нового мужа. – Они ждут вас завтракать.

Надев шелковое платье персикового цвета с очень скромным высоким воротником, отделанным кружевами, Кэтрин торопливо спустилась по лестнице, но перед дверью в сад в нерешительности остановилась. Чувствуя себя очень неловко из-за своих вчерашних слез, Кэтрин уже в который раз спросила себя: собирался ли ее муж воспользоваться этой ночью своими супружескими правами? В конце концов, Кэтрин же согласилась делить с ним постель!

– Черт возьми, – прошипела Кэтрин, досадуя на свою излишнюю нервозность, и заставила себя выйти в сад.

Ведя в поводу черного пони, на котором сидела Мев, Хью повернулся и увидел жену. Она в смущении замерла на пороге. Щеки ее пылали, и выглядела она как редкий и прекрасный цветок, неожиданно расцветший у него в саду. Господи, как же хотелось Хью сорвать этот цветок и насладиться его благоуханной свежестью!

– Доброе утро, миледи, – приветствовал О'Нейл жену и галантно поклонился ей, потом кивнул поджидавшему неподалеку молодому груму и снял Мев с пони.

– Мама, ты видела, как я каталась на Угольке? – радостно закричала Мев.

– На Угольке? – изумленно вскинула брови Кэтрин.

– Так зовут моего пони! – гордо пояснила малышка.

– Да, моя хорошая. Ты прекрасная наездница.