Ирландская роза

Так, может, она не будет больше настаивать на том, чтобы Хью не приближался к ней до рождения ребенка?

Конечно, таково было условие их сделки. Но женщины, непостоянные по самой своей сути, часто меняют свои решения. Быть может, Хью нужно только открыть дверь…

А что потом?

Упрямая и гордая, Кэтрин никогда не согласится признать, что эта дурацкая договоренность была нелепейшей ошибкой. А если согласится?

Нет! Рисковать тут нельзя! Он не хочет брать ее силой. Не желает и просить, боясь услышать в ответ отказ.

С тяжким вздохом Хью повернулся на другой бок, но еще долго лежал с открытыми глазами, уныло глядя в темноту.

Глава 7

– Матушка, я хочу покататься на Угольке, – сказала Мев, игравшая у камина.

– Нельзя, потому что под таким дождем твой пони простынет, занеможет и умрет, – твердо ответила Кэтрин."

"Стоя в своей комнате у окна, Кэтрин, томимая беспокойством, всматривалась в темноту ненастного сентябрьского вечера и вздыхала. Пройдет еще два долгих, тоскливых месяца, прежде чем она разрешится от бремени. Взглянув на свой округлившийся живот, Кэтрин спросила себя, сколько же еще он может расти, и вдруг испугалась: а что, если она останется такой же толстой и после родов? Женщина опять вздохнула и вернулась в кресло у камина. Усевшись поудобнее, она снова взяла в руки недошитую детскую распашонку.

В комнату вошла Полли и объявила:

– Приехал сэр Вильям Рассел. Он и лорд О'Нейл ждут вас в кабинете.

– Побудь с Мев, – распорядилась Кэтрин, медленно поднимаясь на ноги.

Расправляя складки своего платья, она почувствовала, что стесняется своей фигуры – слишком бесформенной для того, чтобы показываться гостям – да еще столь важным. И женщина пожалела, что беременность ее уже невозможно скрыть.

Спустившись вниз и деликатно постучавшись, Кэтрин вошла в кабинет. Едва она появилась на пороге, Хью тотчас оказался рядом; он проводил ее к креслу перед камином и, заботливо усадив, сам примостился на подлокотнике.

– Простите мою неучтивость, – сказала Кэтрин сэру Вильяму. – Однако сейчас мне не слишком удаются реверансы…

– Не стоит извиняться, миледи, – ответил вице-король. – У меня есть для вас превосходная новость, но я получил нынче и крайне прискорбное известие.

Хью покосился на жену, затем выразительно посмотрел на сэра Вильяма. Тот, однако, не заметил этого предостерегающего взгляда.

– Начните с плохого, – с улыбкой попросила Кэтрин. – Пусть хорошая новость послужит нам потом утешением.

– А может, не стоит сейчас о грустном? – заботливо спросил Хью, пытаясь заглянуть жене в глаза.

– Если я жду ребенка, то это еще не значит, что я сама впала в детство и меня надо опекать, как неразумного младенца, – резко ответила Кэтрин.

Хью со страдальческим видом закатил глаза.