Инженер Петра Великого – 2

Мы снова установили его в заднюю бабку, закрепили со всей возможной осторожностью, чуть ли не дышать перестали. На этот раз — тьфу-тьфу-тьфу — всё встало как надо.

Последний штрих был сделан. Машина была готова к настоящему испытанию. Нервы у всех были натянуты до предела, как канаты. Завтрашний день должен был решить всё: стоили ли чего-нибудь все эти мучения и бессонные ночи, или всё было зря и надо снова доводить до ума.

Утро выдалось — чисто питерское: небо низкое, серое, с Невы тянет сыростью, промозгло. А у нас в мастерской — жарко от нервов да от любопытства. С самого ранья народу набилось — вся моя команда тут: Федька, Ванюха, Гришка — аж зеленые от волнения; слесаря Иван да Семен, по-деловому хмурые; старик Аникей примостился в углу, кряхтит помаленьку; даже Тимоха-кузнец приковылял — глянуть, как его железяка шведская себя покажет. Солдаты у приводного ворота — как истуканы, команды ждут."

"На верстаке разложен мой мерительный инструмент — штангенциркуль самодельный, деревянный с железными губками, калибры-пробки разного нутра, щуп длинный — канал проверять. Все готово, ждет своего часа.

Для пробы взяли один из первых, еще опытных, моих композитных стволов малого калибра. Это который тройной заряд выдержал — крепкий, зараза. Важно было глянуть, как станок справится с обычным чугуном и с моим хитрым литьем, что потвёрже будет. Ствол мы еле впихнули в патрон передней бабки, кой-как закрепили, потом долго выверяли по отвесам да уровню, чтобы ровно стоял, без перекоса. Заднюю бабку со сверлом подвели к самому торцу ствола.

— Ну, мужики, с Богом! — сказал я, перекрестился больше по привычке. — Солдаты! На ворот взялись! Крути! Да не дергай, плавно! Как учили!

Четыре солдата навалились на рычаги ворота. Заскрипели деревянные шестерни, и здоровенный ствол медленно, важно так, пошел вращаться. Оборот, другой… Вроде ровно идет, биения нет — уже хорошо. Шпиндель в чугунных подшипниках туговато идет, правда крутится, хватает пока смазки.

— Иван, Семен! Давай сверло! Помаленьку! Чуйте металл!

Слесаря взялись за маховик ходового винта. Длинное сверло медленно поползло вперед.

Я прямо дышать перестал. Вот оно… Сейчас…

Кончик сверла ткнулся во вращающийся торец ствола. Секунду тишина, а потом — такой низкий, ровный скрежет пошел. Есть! Стружка пошла! Темная, мелкая, обломками падает. Гришка тут как тут — с кистью да миской с салом — смазывать да убирать, чтоб не мешала.

— Идет! Идет, Алексеич! — шепотом выдохнул Федька, не сводя глаз со сверла.

Пошло дело! Станок мерно гудел. Ствол крутился, сверло потихоньку, миллиметр за миллиметром, вгрызалось в металл. Скрежет стоял такой рабочий, аж слух ласкал после всех наших треволнений. Я глаз не сводил с процесса.