Инженер Петра Великого – 2

В какой-то момент я даже сам им начал верить — вот чего не ожидал.

Эти люди, прошедшие огонь, воду и медные трубы, были абсолютно уверены в своей правоте, в незыблемости тех тактических канонов, которым их учили и которые они сами применяли на полях сражений. Любое отклонение от этих канонов воспринималось ими как ересь.

Я взглянул на Петра. Он по-прежнему молчал, но теперь в его глазах уже не было того добродушного любопытства, что вначале. Он внимательно слушал каждого выступающего, при этом его лицо становилось все более суровым, а складка между бровями — все глубже. Что он думает? Чью сторону примет? Неужели этот шквал критики убедит его, что мои идеи — полная хрень?

Брюс был бледным, как сметана. Он конечно понимал, что сейчас решается его собственная репутация как человека, который меня Государю представил и, в какой-то мере, за меня вписался. Он несколько раз порывался что-то сказать, вставить слово в мою защиту, но тяжелый взгляд Царя останавливал его. Петр явно хотел выслушать всех до конца, дать высказаться каждому.

Последним взял слово старый, седой генерал, которого, казалось, и пушечный выстрел не мог бы вывести из состояния степенного спокойствия. Он говорил тихо, как бы подводя итог всему сказанному:

— Ваше Величество, господа! Мы выслушали здесь множество мнений. И все они, при всей своей разности, сходятся в одном: предложение господина Смирнова, при всем уважении к его изобретательскому таланту, в корне противоречит основам современного военного искусства. Оно несет в себе больше вреда, чем пользы. И принимать его на вооружение было бы, по меньшей мере, неосмотрительно, а то и губительно для нашей армии. У нас есть проверенные временем методы ведения войны, есть славные традиции русского воинства. И не пристало нам менять их на сомнительные новшества, предложенные человеком, пусть и сведущим в ремеслах, но далеким от реалий полевой службы.

Он поклонился Государю и сел. В комнате снова воцарилась давящая тишина. Все взгляды устремились на Государя. Сейчас он должен был вынести свой вердикт. Я нутром чуял, что вердикт будет не в мою пользу.

Петр переводил взгляд с одного генерала на другого, будто взвешивал, какой эффект произвели мои слова. На его лице не дрогнул ни один мускул.

— Ну-с, господа офицеры, — произнес он. — Идеи фельдфебеля Смирнова мы выслушали. Есть ли у кого еще вопросы к нему или новые соображения?

Генералы молчали. Первым тишину нарушил Брюс. Он поднялся, откашлялся и обратился к Государю:"

"— Ваше Величество, позвольте и мне слово вставить. Идеи господина Смирнова, возможно, и выглядят инаковыми, но в них есть здравое зерно. История войн знает немало примеров, когда именно необычные тактические решения приносили победу.