Иным путем

Короче, кобыла с воза – дело в архив. Остальные братья Александра III с точки зрения престолонаследия Михаилу не опасны, ибо были бездетными.

Из числа местных аборигенов на празднике присутствует товарищ Коба, пришедший вместе с Ириной, Ильич, которого не хочется обидеть, и конечно же приглашение получил и император Михаил, который велел передать, чтобы начинали отмечать без него. Сегодня понедельник, и у императора до обеда вправление мозгов какому-то из проштрафившихся министров. Хозяйство России ужасно запущено, и работы там непочатый край.

Ира пожаловалась, что Сосо не хотел идти, и, для того чтобы его уговорить, ей пришлось приложить невероятные усилия. Зря, в какой-то мере это и его праздник. Хотя до ТОГО Сталина ему еще расти и расти. Надеемся, что и в новом варианте истории этот человек в полной мере сумеет проявить все свои дарования, только уже в иной ипостаси.

Конечно же присутствуют и все не находящиеся на дежурстве спецназовцы из взвода, который сопровождал нас в опасном пути из Порт-Артура в Петербург. Кажется, что уже прошла целая вечность с того времени. За эти три месяца Россия окончательно свернула с привычного пути, и теперь она движется в ином, не известном пока никому направлении.

Даже в праздник не удается забыть о делах. Не успели мы выпить по бокалу шампанского, за эту победу, а потом за ТУ, Великую, спеть по паре песен о войне, как тихо, незаметно для многих, появился Михаил. Негромко сказав: «Без чинов», он сразу же подсел за наш столик, где сидели мы с майором Османовым. Почти тут же по его знаку к нам присоединился и Коля Бесоев. Каким-то шестым чувством я почуял, что разговор будет хоть и «без чинов», но серьезный. Небольшая заминка вышла из-за того, что Нине Викторовне за нашим столом уже не было места. Но тут Мехмед Ибрагимович и Николай Арсеньевич, хоть оба по крови были ни разу не русскими, поступили самым что ни на есть русским способом, соединив наш стол с соседним.

– Товарищи офицеры, – неожиданно сказал Михаил, когда все расселись по своим местам, – предлагаю выпить за славу русского оружия. Отныне и присно, и во веки веков. Аминь.

Коля Бесоев разлил коньяк, и мы выпили. Потом еще раз, не чокаясь, выпили за упокой душ всех русских воинов, павших за родину на полях сражений во все времена. От князя Святослава и до наших дней. Посидели, помолчали, подумали…

– Должен вам сказать, – вдруг неожиданно сказал Михаил, – что задержался я лишь потому, что имел беседу с генералом Куропаткиным. После Ники в Военном министерстве пора начинать уборку, и я решил, что начну именно с него…

Мы переглянулись. Куропаткин, конечно, фигура одиозная, но если император аргументировал свое неудовольствие ходом войны на сухопутном фронте в нашем варианте истории, то может получиться нехорошо.